А-П

П-Я

 https://www.dushevoi.ru/products/dushevie_paneli/dushevye-stojki/BelBagno/ 
 азаро вантед здесь 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Она была блондинка, короткая стрижка украшала милую головку. Легкое летнее платье не показалось Симону коротким, но тем не менее позволяло оценить стройные ноги. Голубые глаза Франциски спокойно и внимательно наблюдали за происходящим вокруг. Слегка полноватые губы как бы оттеняли изящный носик. Молодая женщина была родом из Мейсена и трудилась в качестве свободного литературного критика. До сих пор был выпущен только один сборник ее работ. Однако целью ее приезда в Берлин должно было стать издание первого романа.
— Вы прямо с вокзала?
— Мой багаж доставили раньше, так что я совсем налегке.
— Я еще позавчера распорядился отвезти багаж хозяину квартиры, в которой вы остановитесь. Вы будете жить у доктора Хартвига Мальца, бывшего директора банка — он на пенсии, — в его сказочных по красоте владениях. Дом находится в нескольких кварталах от нашего. Позже я представлю вас.
Франциска осмотрелась и сказала Симону:
— Ваши владения, — она подчеркнула эти слова, — тоже недурны. Я слышала, у вас издательство. В наше время этот вид деятельности все еще приносит хороший доход?
— Именно эту тему мы обсудим сегодня вечером. Об экономическом положении издательства, коль скоро эта тема интересует вас, следует говорить в спокойной обстановке. Но на замечание относительно этого особняка я, пожалуй, отвечу. Дом принадлежит попечительскому совету клуба, председателем которого я являюсь. Собственно говоря, ваша стажировка здесь, в Берлине, — тоже заслуга клуба Фонтане. — Симон бросил взгляд на часы. — Поэтому за то время, которое у нас есть в запасе, позвольте ввести вас в курс дела. Вот уже почти шестьдесят пять лет члены клуба Фонтане собираются в этом доме каждое первое воскресенье месяца. Клуб был основан Шарлоттой фон Фалькенберг как объединение людей, интересующихся литературой и постоянно проживающих здесь, в Грюневальде. Первоначально темой встреч было творчество Теодора Фонтане, но теперь это в прошлом. Госпожа Фалькенберг была замужем за известным этнографом, профессором. Господин фон Фалькенберг не поддержал идеи нацизма в годы третьего рейха и оказался не у дел. Вскоре после войны он скончался. Госпожа Фалькенберг и ее муж были постоянными покупателями в книжном салоне моих родителей. Позже магазин перешел мне по наследству. С семейством Фалькенбергов я имел честь познакомиться, когда начал трудиться у родителей помощником. Фалькенберги очень хорошо относились ко мне, а их начитанность просто очаровала меня. У Фалькенбергов не было ни детей, ни близких родственников. Свой дом и имущество госпожа Фалькенберг завещала фонду клуба Фонтане. А меня объявила председателем клуба и владельцем дома после ее смерти. Я унаследовал и маленькое издательство. Оно, правда, не выпускало ничего, кроме основанного профессором Фалькенбергом журнала «Дойче цайтшрифт фюр фолькскунде». Я изменил название журнала на более современное: «Берлинер блэттер фюр ойропеише этнографи». Делами издательства и журналом теперь занимается моя дочь Клаудиа, студентка факультета фольклористики, или, как сейчас принято говорить, этнографии. Офис издательства расположен здесь же, на втором этаже. Незадолго до смерти госпожи фон Фалькенберг мы официально зарегистрировали клуб Фонтане как добровольное общество и ввели стипендии. Я хотел чем-то помочь начинающим авторам, и члены клуба загорелись этой идеей. Благодаря личным контактам госпожи фон Фалькенберг с тогдашним сенатором по вопросам культуры удалось узаконить и правила выбора стипендиатов. Так называемый комитет, состоящий из четырех членов клуба, ежегодно выбирает стипендиата из числа молодых авторов, которому со стороны министерства культуры гарантируется ежемесячная стипендия. А клуб Фонтане доплачивает к этим деньгам еще некоторую сумму и предоставляет стипендиату кров на год.
Симон вновь взглянул на часы, отодвинул свой стул от стола и поднялся.
— Сейчас покажу вам дом.
Франциска поставила на стол бокал и взяла сумочку.
— Мы с Клаудией представим вас членам клуба и сегодняшним гостям. Уже упоминавшийся комитет имеет право пригласить на каждое собрание клуба до пятнадцати человек гостей, так что обычно собирается от 45 до 50 человек, включая постоянных членов клуба. Для этих встреч мы используем первый этаж дома и сад.
Симон вел гостью по дому. Три большие комнаты с видом на сад соединялись широкими дверями, которые были сейчас открыты.
— Среднюю гостиную мы называем салоном. Сюда можно пройти прямо из прихожей. А здесь, справа, — Симон направился дальше, — игровая комната. Здесь играют в бридж или блэкджек. Ставки небольшие…
Потом Симон провел Франциску в библиотеку первого этажа. В то время как стены гостиной и игровой комнаты украшали полотна XVIII и XIX веков, библиотека от пола до потолка была заставлена стеллажами с книгами. В дальнем правом углу комнаты стояла небольшая конторка, а перед ней полукругом в несколько рядов — стулья.
— Здесь сегодня вечером вам предстоит читать. Как мы уже договорились по телефону, я коротко представлю вас. В вашем распоряжении будет тридцать минут. Вполне вероятно, после выступления возникнет обмен мнениями, который я в следующие полчаса прерву: некоторые более пожилые члены клуба после вашего выступления, очевидно, пожелают пойти домой. Но не захотят быть настолько невежливыми, чтобы сделать это во время дискуссии. Так что отнеситесь с пониманием к тому, что позднее, уже в более узком кругу, к вам снова будут обращаться с вопросами.
В этот момент в дверях появилась Джулия.
— Симон, вам пора. Прибыли первые гости.
— Спасибо, Джулия. — Он повернулся к Франциске: — Держитесь рядом с Клаудией. Она позаботится о вас.
Франциска и Клаудиа последовали за Симоном в салон и расположились у окна.
— Ваш отец говорил, что позже в игровой комнате можно будет сыграть в блэкджек на небольшую, как он сказал, сумму. О каких деньгах идет речь?
— Точно не знаю. Никогда не играла. Но еще ни разу не было, чтобы кто-то много выиграл или проигрался. Я думаю, ставка составляет одну-две марки на кон. У вас есть желание поиграть?
— Почему нет? Разве я не такой же гость, как остальные?
— Разумеется, такой же. Но я еще ни разу не видела, чтобы стипендиат играл в карты с членами клуба. Вы не подумали о том, что можно проиграть свою стипендию или разорить вашего спонсора?
Франциска рассмеялась.
— Пожалуй, вы правы.
Большинство членов клуба были, как всегда, пунктуальны. Поэтому обязанность приветствовать гостей, возложенная на Симона, была не из легких. Он считал необходимым персонально подойти к каждому вновь прибывшему и сказать ему несколько слов. На одного гостя Симон отводил полминуты, иначе церемония приветствия грозила затянуться до конца вечера. Зимой и в межсезонье все было проще. Пальто и шляпы у гостей надо было принять. Хозяину обычно помогала Джулия. При этом члены клуба невольно вступали между собой в беседы, и у Симона было достаточно времени обойти всех. Но сейчас, летом, все было сложнее и одновременно проще. Симон наслаждался игрой: вспоминал состоявшийся недавно телефонный разговор, справлялся о детях, о собаках или о том, насколько удачным оказался для гостя последний визит в его книжный магазин, передавал приветы или просил «одну минуточку», чтобы перейти к следующему гостю. Нужно было позаботиться, чтобы его вопросы или приветствия не привели к затяжному обмену мнениями. А ответы были быстрыми и беглыми, чтобы успеть перейти к другим приглашенным. В этой игре Симон был непревзойденным мастером.
— Привет, Симон. — Доктор Хартвиг Мальц дружески похлопал его по плечу. — Мне не хватало тебя в минувшее воскресенье на ипподроме в Хоппегартене. Скачки были великолепны. Результаты оказались непредсказуемы.
Господин Мальц, бывший председатель правления ипотечного банка «Берлин-Дрезден», был среднего роста и довольно полный. Его густые, абсолютно седые волосы были подстрижены, по обыкновению, несколько длинно, особенно для банковского чиновника на пенсии. А плохо сшитый костюм весьма низкого качества едва ли указывал на его былую принадлежность к числу крупных банкиров. Мало кто, глядя на этого человека, смог бы предположить, что он до своей отставки затеял и довел до конца сенсационную по масштабам акцию по слиянию двух ипотечных банков Берлина и Дрездена. Мальц выглядел как финансовый клерк на пенсии. Но за скромной внешностью скрывалась натура опытнейшего стратега, чьи личные контакты были налажены во всех сферах и который по-прежнему играл не последнюю роль в закулисной жизни делового мира. Они дружили, хотя Симона и злила порой грубая самоуверенность доктора Мальца. Бывший банкир был членом правления клуба любителей скачек в Хоппегартене и постоянно играл на тотализаторе. Симон разделял любовь доктора Мальца к скачкам и тоже был частым гостем ипподрома. Только в прошедшее воскресенье он не смог найти времени для этого.
— Ты ведь знаешь, как я расстраиваюсь, если не удается выбраться на ипподром. Потом все расскажешь, в спокойной обстановке. Между прочим, — Симон все еще держал Мальца за руку и отвел его на несколько шагов в сторону, — можешь познакомиться с нашей новой стипендиаткой, она поселится в твоем флигеле для гостей на целый год. Ее зовут Франциска Райнике, она сидит вон там, рядом с Клаудией. Дочь представит вас друг другу.
И Симон направился к очередному члену клуба. Вечер пролетел незаметно, последние гости покинули дом чуть позже полуночи. Отец и дочь сидели на террасе. Столбик уличного термометра по-прежнему не опускался ниже плюс двадцати. На столе стояла бутылка любимого вина Симона.
— «Макаллен», 22 года, бочковая выдержка. — Клаудиа рассматривала этикетку. — Какой ты, однако, сноб!
Симон взял бутылку, наполнил два бокала и добавил воды, чтобы слегка разбавить крепкий напиток. Он игнорировал замечание дочери, чтобы избежать угрозы возникновения дискуссии о вкусах. Она наверняка перешла бы потом в область обсуждения сигар и скачек, то есть всех тех вопросов, по которым их мнения расходились. А стоило Клаудии немного выпить, желание спорить возникало у нее непременно.
— Как, собственно, Франциске Райнике пришло в голову сесть за карточный стол и начать играть? — Симон предпочел сменить тему. — Такого у нас еще не случалось.
— Твой друг, доктор Мальц, пригласил ее. Или она подкинула ему эту идею. Во всяком случае, Франциска ему очень приглянулась. Она, кстати, выиграла сто пятьдесят марок и с гордостью сообщила мне об этом. А как тебе Франциска? — В голосе девушки послышались язвительные нотки.
— В твоем вопросе мне слышится издевка.
— Ну, по крайней мере о ее ногах ты должен был составить какое-то мнение. Весь вечер ты разглядывал исключительно эту часть ее тела.
— Не болтай чепухи! Франциска годится мне в дочери!
— Мужчинам в твоей жизненной фазе разница в возрасте никогда не мешала!
— Сейчас я хотел бы вернуться к нашему утреннему разговору, а не обсуждать ноги новой стипендиатки.
Клаудиа улыбнулась, однако любопытство одолевало ее, и она приняла новую тему разговора. Симон продолжал:
— Если речь здесь действительно идет о чем-то ценном или даже о сокровищах, в чем я сильно сомневаюсь, потребуется кое-какая информация. Я полагаю, на этот счет даже есть закон и…
Клаудиа прервала отца:
— Все вопросы, так или иначе связанные с подобными делами, регулирует закон об охране памятников, принимаемый в каждой федеральной земле. Брошюра, где сведены воедино законы всех земель, лежит наверху на моем письменном столе. Наиболее важные моменты выделены желтым маркером. При чтении ты сможешь ограничиться этими выдержками.
— Какие еще будут указания? — довольно раздраженно отозвался Симон.
— Ну, утром у меня не было времени, чтобы рассказать тебе еще что-то, по понятной причине. Обдумай все спокойно. У меня пока все.
— Уже хорошо. Ты поедешь к себе?
Клаудиа получила в наследство от матери маленькую квартирку в многоэтажном доме в Вильмерсдорфе, но никогда не отказывалась денек-другой пожить в доме отца. Здесь у нее была своя комната.
— Да, сейчас вызову такси. Я сделала копию с экслибриса. Она тоже лежит на столе. Завтра ты можешь послать ее своему другу по факсу.
Еще несколько минут Симон сидел в одиночестве. С тех пор как он переехал в этот дом, каждое первое воскресенье месяца едва ли ожидалось с нетерпением. Да, он был горд своими обязанностями председателя клуба Фонтане, но… все чаще думал о том, как бы избавить себя от обязанности принимать гостей. Однако выхода пока не находил. Многие члены клуба просто надоели ему. Их самолюбование, ритуализированный ангажемент в вопросах культуры, пустая болтовня, которую ему приходилось слушать… Порой хотелось послать все куда-нибудь подальше.
Однако эти люди были его лучшими клиентами в книготорговле и антикварной торговле. Он и клуб Фонтане были единым организмом, разрушить который, не навредив себе, он едва ли смог бы. Симон налил себе еще виски.
ГЛАВА 2
Одна из дверей в прихожей дома Симона вела в антикварный магазин. Собственно говоря, это был не совсем магазин, а что-то наподобие хранилища и офиса, откуда владелец управлял распределением и рассылкой товаров клиентам. Приходили сюда только постоянные покупатели, да и то строго по предварительной договоренности с самим хозяином. Симон же занимался здесь составлением баз данных, отслеживал движение товаров, выписывал счета, распределял заказы, которые Джулия затем упаковывала, а Фердинанд отвозил на почту. Антикварные вещи, главным образом книги, можно было увидеть в доме повсюду. Целых две комнаты в доме Симона на первом и втором этажах были отведены под литературу для продажи. Личная библиотека, если уместно говорить о таком понятии применительно к дому, где живет букинист, размещалась в спальне и рабочем кабинете хозяина на втором этаже. Больше всего Симон любил проводить время именно в тех комнатах, где хранились книги на продажу. Заниматься делами издательства ему приходилось от случая к случаю. Главная роль в этих вопросах отводилась Клаудии и профессору кафедры европейской этнографии Университета им. Гумбольдта Фридриху Клаге, который был по совместительству редактором выходившего в издательстве журнала и к тому же вел один из учебных курсов дочери Симона. Число подписчиков в последние годы немного сократилось, но оставалось все еще достаточным для того, чтобы, умело используя доходы от рекламы на страницах журнала, сохранять все предприятие в целом прибыльным.
Один из недавних рекламных проектов позволил Клаудии и Симону, которые официально были совладельцами предприятия, закупить новые компьютеры. Симон проводил в издательстве — офис был расположен на Кнезебек-штрассе — едва ли половину своего рабочего времени.
До августовского собрания членов клуба Фонтане оставалось еще целых два дня, и у Симона было достаточно времени, чтобы заняться составлением нового каталога изданий, который он намеревался разослать своим клиентам в преддверии открывающейся во Франкфурте-на-Майне ежегодной книжной ярмарки. Сегодня он как раз сортировал книги, связанные с темой табакокурения. Ему удалось собрать за последние три года более двухсот самых разнообразных работ на эту тему, выпущенных за последние три века.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
 недорогая женская одежда интернет магазин 

 https://dekor.market/plitka/nefrit/