А-П

П-Я

 мойдодыр лагуна 
 духи джульетта с пистолетом в pompadoo 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Тут выложена электронная книга Дикарка автора, которого зовут Брэдли Мэрион Зиммер.
В электронной библиотеке ALIBET вы можете скачать бесплатно или читать онлайн электронную книгу Брэдли Мэрион Зиммер - Дикарка в формате txt, без регистрации и без СМС; и получите от книги Дикарка то, что вы пожелаете.

Размер файла с книгой Дикарка равен 9.81 KB

Дикарка - Брэдли Мэрион Зиммер => скачать бесплатно книгу



Брэдли Мэрион Зиммер
Дикарка
Мэрион Зиммер Брэдли
Дикарка
Такие истории рассказывают вечерами на глухих фермах у Катскилских гор, где я выросла. Автострады тянутся здесь от города к городу, и на фабриках можно заработать много больше, чем перекапывая каменистую землю, но не стоит думать, будто здесь все исхожено и обжито. Между фермами лежат леса, много миль леса вокруг полей, ночью под самые окна приходят кролики и олени, и даже волки с рысями забредают сюда из Канады в голодные времена. Тогда, говорят, и рождаются у одиноких женщин, живущих среди лесов, дети, похожие на Хельму Ласситер...
Роджер Ласситер убрал пальцы с клавиш фортепиано и посмотрел на всхлипывающую у двери жену.
- Хельма, дорогая, ради бога, извини! Я не знал - и не слышал, как ты вошла.
- Конечно, - Хельма вытерла слезы, и на ее заплаканном лице мелькнула на мгновение робкая улыбка. - Если бы я знала, что ты хочешь играть, я бы не вернулась домой так рано.
Она пошла через комнату; Роджер поймал ее за руки, притянул к себе.
- Тебе было хорошо с Нелл Коннор?
Она опустила глаза.
- Я не была у Нелл, Роджер. В лесу так чудесно. И сегодня полная луна...
Он нежно обнял ее за талию и прошептал:
- Ты - самое дикое дитя природы, какое я только знаю, - и с удивлением и опаской посмотрел в окно, на угрожающе темную полосу дубов, кленов, берез, подступающих к самому дому, потом снова взглянул на Хельму.
Она была очень красива: загорелая, светловолосая, изящная до хрупкости, но сильная, с шелковистой кожей и темно-серыми глазами, загоравшимися янтарным, странным, зеленым с золотыми искорками светом, когда она сердилась или была чем-то возбуждена; удивительно гибкая и пластичная - он даже думал, что жена когда-то танцевала в балете. Она никогда не рассказывала про свое детство, только однажды заметила, что в четырнадцать лет сбежала с фермы в Адирондакских горах. А когда они встретились, ей было двадцать три. Встретились чисто случайно в плавательном бассейне в Олбани; Роджер сопровождал туда парочку не в меру шаловливых племянников и был ошеломлен ее грацией, отточенной красотой движений - будто русалка из легенд явилась порезвиться в свой морской дом. А когда она, одевшись, вышла из гардероба - в дешевой юбке и блузке, с зачесанными назад волосами, ногами, зажатыми в неуклюжие, скособоченные чулки и туфли, он был ошеломлен снова. Это было как внезапная ржавчина на сверкающей золотой монете.
Но он не забыл скользящую в воде, смеющуюся нимфу из бассейна. И никогда не забывал. Очень скоро открылось, насколько ей лучше в лесу, вдали от городской суеты. В квартире Хельма чувствовала себя как в клетке. И после свадьбы они построили маленький дом здесь, на самом краю леса.
Дом строили своими руками, проводя ночи в палатке среди леса. Хельма, казалось, расцветала день ото дня живой, танцующей красотой. А в первую ночь в новом доме она прошептала ему на ухо: "Мне кажется, палатка мне нравилась больше!"
Даже зимой она предпочитала спать при открытых дверях.
Он улыбнулся и тихо сказал то, что говорил уже не один, раз:
- Я думаю, ты не женщина, а настоящая лесная кошка, Хельма.
- Конечно, - она ответила, как всегда. - А разве ты не знал?
- Знаешь, соседи поговаривают, будто я завел зверя, который начинает выть всякий раз, когда я сажусь за фортепиано. Комплиментом моей игре, по-моему, это довольно трудно назвать.
Она покраснела. Даже после четырех лет замужества она очень стеснялась своей странности.
- Но я ничего не могу поделать... Прости, пожалуйста, но для моих ушей...
Он ласково потрепал ее по плечу.
- Неважно, в конце концов, мне попросту следует садиться за игру, когда тебя нет поблизости. Но если серьезно, Хельма, может, тебе не стоит заходить так далеко в лес? Боб Коннор говорил мне, что слышал волков недавно, а на днях он подстрелил рысь. Возможно, днем лес безопасен, но ночью, по-моему, тебе лучше оставаться дома, Хельма.
Роджер родился и вырос в городе, и проснуться однажды среди ночи, обнаружив в постели только себя, - для него это было не самым приятным переживанием. В первый раз он метался в панике по дому и, никого не найдя, выскочил, дрожа, с фонариком в руке навстречу темной громаде леса; исцарапался, сорвал голос и уже готов был заплакать от бессилия и отчаяния, когда вдруг обнаружил Хельму, спящую, свернувшись клубочком в пышной купе летней травы; от ее ног, вспугнутый светом, метнулся кролик.
После нескольких месяцев он, наконец, принял, как должное, - Хельма просто физически неспособна не убегать в лес, будь то ночь или день. Временами Роджер раздумывал, правильно ли было увозить ее так далеко от городов и автострад; она, быть может, не была бы так счастлива, зато дикости в ней явно поубавилось бы.
Он зашептал:
- Возможно, если бы ребенок...
Ее тело напряглось, она отстранилась резким движением.
- Роджер, ты ведь знаешь, я не могу.
- Дорогая, мы не часто говорили об этом, потому что ты всегда очень огорчалась. Но ведь когда-нибудь мы должны, правда? Откуда ты знаешь, что у тебя не может быть детей? Мы можем поехать в город в эту субботу, там есть очень хороший доктор Клермонс. Ты могла бы...
Хельма напряженно выпрямилась, вздернув подбородок, ее короткие светлые волосы, казалось, по-кошачьи взъерошились, глаза полыхнули зеленью. Маленькие гибкие пальцы закостенели, выпустив невидимые когти.
- Не хочу! - голос сорвался в шипение. - По мне будут лазить руками и смотреть...
- Хельма! - крик Роджера оборвал истерику.
- Ты вряд ли захочешь иметь ребенка, который у меня может быть, и я...
Она уткнулась в диванные подушки и закрыла лицо ладонями. Всхлипнула раз, другой.
- Ты... ты был бы счастлив, если бы родился ребенок?
Беспомощные слова дрожали и запинались. Роджер удрученно вздохнул и сел рядом, положил светловолосую голову к себе на плечо.
- Ну не хочешь - не надо, солнышко мое, может, ты права.
Ее глаза сверкнули в сумерках.
- Ты думаешь, я дикарка, думаешь, я сумасшедшая. Ты хочешь, чтобы я была, как жены твоих друзей, как Нелл Коннор, чтобы я спала ночами в твоей постели и не заглядывала дальше курятника!
Она оттолкнула его, вскочила, подбежала к двери, хрипло бормоча что-то злое и угрожающее. Он виновато опустил глаза.
- Ладно, черт с ним, Хельма, но попытайся хотя бы вести себя как нормальное человеческое существо. Временами ты просто дикий звереныш!
- Да! - хрипло выкрикнула она и выбежала из комнаты.
Привстав, Роджер увидел через окно, как она пронеслась через крыльцо и клумбу, наклонилась, одним стремительным движением расстегнула сандалии, рывком сбросила с ног и, босая, побежала к задним воротам, в одно мгновение перемахнула их и - бледное золото ее волос и кремово-зеленый шелк халата, блеснув, растаяли тенью в шелестящей глубине леса. Роджер сглотнул комок в горле.
Вернулась перед рассветом, босая, по-кошачьи скользнула в двери и под одеяло. Роджер, всю ночь не сомкнувший глаз, повернулся, почувствовав тепло; она сжалась и оттолкнула его. Роджер пожал плечами и вздохнул - к этому он тоже привык. Хельма иногда бывала страстной и ненасытной, как молодая львица, а иногда - удивительно холодной, сердито огрызалась, если он пытался приласкать ее. Роджер знал, что цивилизованные люди одни во всем живом мире не цикличны в желании, и странная дикость Хельмы возможно, просто наследство прежних, может быть, более здоровых времен. Вопреки случайным размолвкам и ссорам, Роджер очень любил свою жену и уважал ее причуды и настроения; тому была и еще одна существенная причина: на первом году их супружества, не понимая еще, как глубоко вошло это в натуру Хельмы, он однажды - только однажды - попытался овладеть ею силой. На его щеке до сих пор красовался тонкий белый шрамик там, где щеку до кости вспороли цепкие и сильные пальцы Хельмы. Потом она, всхлипывая, просила прощения. Всем женщинам до некоторой степени свойственна цикличность, и, в конце концов, ко многому можно привыкнуть.
Проходили дни и недели. Хельма была необычно спокойной и уравновешенной. Лето лениво катилось к концу, хрупкие сентябрьские листья срывались с ветвей, вызванивающих на ветру что-то осеннее. Днями Хельма бродила по лесу, но ночные побеги больше не повторялись.
Роджер Ласситер начал удивляться, а, удивляясь - успокаиваться. Впервые за четыре года Хельма стала с таким усердием заботиться о порядке и уюте, угловатые линии ее тела женственно смягчились и округлились; домашние мелочи целиком завладели ее вниманием - в доме всегда было опрятно, но сейчас все просто сияло, сверкали начищенные ручки и навощенные полы, и Хельма сама лучилась опрятностью и уютом, как хорошо ухоженный котенок.
А временами, когда Роджер возвращался домой - он работал на химзаводе, - слышалось пение: низкое, рокочущее мурлыканье, без слов, плавно вздымающееся и опускающееся в простом и каком-то первобытном ритме.
Она так и не сказала ему, что беременна, хотя Роджер заподозрил это еще в начале сентября. Он не спрашивал, полагая, что жена расскажет ему сама, когда захочет, но время шло, и в конце концов он не выдержал:
- Когда?
- Ранней весной, - ее зеленые глаза посмотрели с жалостью на его довольное лицо.
- Разве ты не ошиблась, Хельма? И разве ты не счастлива?
Она, не ответив, положила книгу и свернулась, клубочком, положив коротко остриженную голову ему на колени. Он молча погладил ее, закрывшую глаза, и она снова начала свой хрипловатый, мурлыкающий напев. Он улыбнулся.
- Что это за колдовство, Хельма? Я никогда раньше не слышал, чтобы ты пела. Я думал, ты не отличаешь одну ноту от другой.
- Я и не отличаю, - она загадочно, даже чуточку зловеще улыбнулась, не открывая глаз, - я помню, так пела моя мать, когда я была совсем маленькой.
- А на кого была похожа твоя мать?
Хельма тихо рассмеялась.
- На меня.
- Ну, это я вижу. А кто твой отец?
Она пожала плечами.
- Я не знаю. Наверное, кто-то похожий на тебя. Или не похожий. А может, у меня вообще отца не было - я не помню.
- А твоя мать никогда не говорила тебе?..
Хельма отпрянула, посмотрела, прищурившись, сквозь растрепавшиеся волосы:
- Ты бы назвал мою мать сумасшедшей. Она говорила, что мой отец - рысь. Лесной кот - вот как она звала его.
Роджер инстинктивно поежился, будто на внезапном холодном ветру.
- Не говори чепухи, Хельма!
Она пожала плечами.
- Ты спросил. А это говорила моя мать. Она была сумасшедшая, еще безумней, чем я. Она жила на ферме высоко в горах с дедушкой и младшей сестрой и очень любила слушать охотничьи побасенки про мужчин и женщин, которые оборачиваются волками и рысями в полнолуние и рыщут по лесу. Я слышала стариков, воющих, как серые лесные волки, и видела их скользящими, как тени, по лесу, прожигающими ночь красными глазами...
- Черт побери! Ну и шутки у тебя!..
- Почему шутки? Когда я была маленькой девочкой, я привыкла гулять вокруг охотничьих хижин. Лесные коты бежали по ветвям у меня под головой и не рычали, и я ловила кроликов голыми руками. Я и сейчас могу.
Ее улыбка стала действительно зловещей.
- До самой смерти моя мать бродила по лесу в ночь полнолуния. Она говорила, что мой отец - рысь. Он, но не я. А может, ночью я обернусь рысью и разорву тебе горло, ты не боишься? От серебряной пули проку нет, это старые сказки. Обыкновенный железный нож, холодное железо или свинец. Ты испугался?
Она рассмеялась - как ледяные иголочки по коже.
- Ради бога, прекрати!
- Ты спросил, я ответила. Извини.
Ночью Роджеру Ласситеру приснился черный, без листьев, лес и он сам брел, спотыкаясь, по узким тропинкам, и с ветвей на него смотрели пылающие зеленью кошачьи глаза, пугающе знакомые и родные...
Она пришла перед рассветом - в порванном платье, с кровоподтеками на ногах, сжалась в клубочек под одеялами, дрожа и всхлипывая, пока Роджер вытирал и перевязывал ее исколотые ступни. Потом он заставил ее выпить капельку бренди и, в первый раз за все четыре года, приказал слушать, не перебивая.
- Так вот, дорогая, этот идиотизм должен кончиться раз и навсегда. Я полагал, что ребенок сделает тебя разумнее. Я ошибся. Мы сегодня же едем к доктору, и ты ночами будешь дома, даже если мне придется запирать тебя. Беременные женщины часто ведут себя странно, но ты просто сумасшедшая.
Он влил ложку горячего молока в ее посиневшие губы и продолжил, не обращая внимания на потоки слез и просьб.
- Еще одна такая выходка, еще одна - слышишь! - и мы уедем в Олбани и будем там до тех пор, по крайней мере, пока не родится ребенок. Если придется, я отведу тебя к психиатру, и...
Он не смог произнести угрозу, хотя и намеревался. Она бы наверняка умерла от клаустрофобии в больничной палате.
Хельма подавленно, но спокойно перенесла все обследования; доктор заверил, что у нее будут близнецы. А с приходом зимы в доме воцарилась та уютная тихая безмятежность, которую умеют создавать только счастливые женщины, ожидающие ребенка. Роджер не мог нарадоваться, глядя, как жена деловито хлопочет по дому, такая здоровая и цветущая. Никакого сравнения с женами друзей - капризничающими и поминутно жалующимися на приступы каких-то таинственных хворей.
Зима пришла быстро, принеся обильные снегопады, но дороги успевали расчищать, и Роджер по-прежнему каждый день ездил на работу. Бродила ли Хельма по лесу днем, он не знал; во всяком случае, ночью она из дому не выходила. Стояли необычно сильные морозы, и, стоя у окна, можно было видеть, как осмелевшие от голода олени подходят к садовым воротам; ночью стылую тишь разрывал волчий вой и яростное рычание рысей. Роджер хмурился и однажды ночью заговорил о винтовке, но Хельма неожиданно настойчиво и озабоченно принялась его разубеждать:
- Волки трусы, поверь мне. Они никогда не посягнут на что-нибудь больше кролика. А рысь не тронет тех, кто не трогает ее.
В феврале Боб Коннор меньше чем в миле от дома Ласситеров подстрелил самца рыси и принес его на плечах прямо к их крыльцу. Стучал до тех пор, пока они не вышли посмотреть.
- Я подстрелил этого большого парня в скалах вниз по вашему ручью, Роджер. Своей малышне я строго-настрого наказал сидеть дома, и на твоем месте не стал бы разгуливать по лесу по ночам, а уж на месте твоей жены тем более. Вокруг этих котов кишмя кишит.
Он сбросил труп на ступеньки и, кряхтя, расправил плечи.
- С этими ребятами шутки плохи... боже мой, Хельма, что с тобой? Роджер - скорее...
Роджер обернулся и как раз успел подхватить ее, оседающую наземь.
Принесенная в спальню, она очнулась и начала неуклюже извиняться за свою слабость, а Боб, поскорее ретировавшись, в сердцах выругался.
- Прости, Роджер. Нелл тоже терпеть не может всякой мертвечины, а ведь твоя Хельма еще похлеще. Стоило мне, старому дураку, подумать перед тем, как тащить сюда подстреленного кота!
Глядя вслед уходящему Бобу, Роджер подумал, что тот наверняка добавит кое-что к рассказам о Хельминой странности. Он не стал ни бранить, ни расспрашивать Хельму и не решился передать ей последние слова Коннора, сказанные нарочито вежливым тоном:

Дикарка - Брэдли Мэрион Зиммер => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Дикарка автора Брэдли Мэрион Зиммер дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Дикарка своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с книгой: Брэдли Мэрион Зиммер - Дикарка.
Ключевые слова страницы: Дикарка; Брэдли Мэрион Зиммер, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 купить мужские безрукавки 

 мозаика черная заказ онлайн