А-П

П-Я

 большой выставочный зал 
 trussardi my land в pompadoo 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Блок Лоуренс

Камень с души


 

Тут выложена электронная книга Камень с души автора, которого зовут Блок Лоуренс.
В электронной библиотеке ALIBET вы можете скачать бесплатно или читать онлайн электронную книгу Блок Лоуренс - Камень с души в формате txt, без регистрации и без СМС; и получите от книги Камень с души то, что вы пожелаете.

Размер файла с книгой Камень с души равен 12.6 KB

Камень с души - Блок Лоуренс => скачать бесплатно книгу





Лоуренс Блок
Камень с души

Лоуренс Блок

Камень с души

Утром Уоррен Каттлетон вышел из своей меблированной комнаты в западной части Восемьдесят третьей улицы и зашагал к Бродвею. Стоял ясный, прохладный день. На углу мистер Каттлетон купил "Дейли миррор" у слепого продавца, который продавал ему газеты каждое утро, однако, вопреки расхожему убеждению, не узнавал его ни по голосу, ни по звуку шагов. С газетой он проследовал в кафетерий, где всегда завтракал. Держал ее сложенной под мышкой, покупая горячий рогалик и кофе, а потом в одиночестве сел за столик, чтобы съесть рогалик, выпить кофе и прочитать "Дейли миррор" от корки до корки.
Раскрыв третью страницу, он перестал есть рогалик и отодвинул чашку кофе. Внимательно прочитал статью о женщине, убитой накануне вечером в Центральном парке. Женщина, звали ее Маргарет Уолдек, работал медицинской сестрой в больнице на Пятой авеню. Ее смена окончилась в полночь. Когда она возвращалась домой через парк, кто-то набросился на нее, свалил на землю и нанес множественные ранения колющим предметом в область груди и живота. В статье с подробностями описывалось, что стало с Маргарет после этих ранений, имелась и фотография почившей Маргарет Уолдек. Уоррен Каттлетон прочитал статью, долго смотрел на фотографию.
И вспомнил.
Воспоминания вырвались наружу, словно вода, пробившая дамбу. Он идет через парк. Ночь, темно, тихо. Нож, длинный, холодный, зажат в руке. Рукоятка ножа мокрая от его пота. Он ждет, один во тьме. Шаги, все ближе, он отступает с тропы, в тень деревьев, появляется женщина. Неистовство его атаки, страх и боль на лице женщины, ее крики, стоящие в его ушах. И нож, поднимающийся вверх и обрушивающийся вниз. Поднимающийся и опускающийся. Крики, достигающие пика и обрывающиеся.
У него закружилась голова. Он посмотрел на руку, ожидая увидеть зажатый в ней окровавленный нож, но пальцы сжимали две трети рогалика. Пальцы разжались. Рогалик пролетел несколько дюймов и упал на стол. Он подумал, что его сейчас вырвет, но сумел подавить приступ тошноты.
– О, Господи, – выдохнул он. Никто вроде бы его не услышал. Он вновь помянул Господа, уже громче, дрожащими руками закурил. Попытался задуть спичку, но неудачно. Бросил спичку на пол, наступил на нее, шумно выдохнул.
Он убил женщину. Которую знать не знал, которую никогда до этого не видел. Это его называли в газете зверем, насильником, убийцей. Он – убийца, полиция его найдет и заставит признаться, потом будут суд, приговор, апелляция, отказ в изменении меры наказания, прогулка по длинному коридору, удар электрического тока и, наконец, уход в мир иной.
Он закрыл глаза. Его руки сжались в кулаки, он поднес их к вискам, дыхание так и рвалось из груди. Почему он это сделал? Что с ним такое? Почему, почему, почему он убил?
Почему вообще убивают?
Он оставался за столом, пока не выкурил три сигареты, раскуривая каждую от окурка предыдущей, потом поднялся и вошел в телефонную будку. Бросил в щель десятицентовик, набрал номер, подождал, пока на другом конце провода снимут трубку.
– Каттлетон, – представился он. – Сегодня не приду. Плохое самочувствие.
Секретарша выразила сожаление по поводу его болезни и надежду в его скором выздоровлении. Он поблагодарил ее и повесил трубку.
Плохое самочувствие! За двадцать три года работы в "Барделл компани" он болел лишь несколько раз, да и то гриппом. Ему, конечно, поверят. Он никогда не лгал, его работодатели это знали. А вот теперь вроде бы сказал неправду.
Да какая это неправда, одернул он себя. Самочувствие у него действительно ужасное.
Возвращаясь в меблированную комнату, он купил "Дейли ньюс", "Герольд трибюн" и «Таймс». В «Ньюс» статью тоже напечатали на третьей странице, сопроводив аналогичный текст той же фотографией. В «Таймс» и "Герольд трибюн" заметки об убийстве он нашел с куда большим трудом: их упрятали во вторую половину газеты, где сообщали о самых тривиальных событиях. Этого он понять не мог.
Вечером он купил "Джорнэл Америкен", "Уорлд телеграф" и «Пост». В «Пост» опубликовали интервью со сводной сестрой Маргарет Уолдек, очень грустное интервью. Уоррен Каттлетон даже расплакался, читая его. Он скорбел как о Маргарет Уолдек, так и о себе.
В семь вечера он окончательно осознал, что обречен. Он убил и должен понести наказание, заплатить своей жизнью за смерть Маргарет Уолдек.
В девять часов подумал, что сможет выйти сухим из воды. Из газетных статей следовало, что улик у полиции нет. В частности, отпечатки пальцев не упоминались, да и он знал наверняка, что его отпечатков нет ни в каких архивах. Их у него никогда не снимали. Если его никто не видел, полиции никогда не удастся связать и повесить на него это убийство. А он не помнил, чтобы его кто-то видел.
В полночь он лег спать. Спал плохо, в голове постоянно прокручивались события прошлой ночи: шаги, нападение, нож, кровь, бегство из парка. В последний раз он проснулся ровно в семь, мокрый как мышь, вырвавшись из кошмара.
Он уже понимал, что от кошмаров теперь никуда не деться: они будут возвращаться ночь за ночью. Он не психопат. Он четко представлял разницу между добром и злом. Смерть в объятьях электрического стула – самое ужасное из возможных наказаний. Он уже не хотел выйти сухим из воды. Не мог жить, зная, что убил человека.
Он вышел на улицу, купил газету. Расследование пока не дало никаких результатов. В «Миррор» он прочитал интервью с маленькой племянницей Маргарет Уолдек и вновь расплакался.
Раньше Каттлетон не бывал в полицейском участке. Находился он лишь в нескольких кварталах от его дома, но он никогда не проходил мимо, так что нашел адрес только по справочнику. Войдя, долго озирался по сторонам, пытаясь найти хоть кого-то, облаченного властью. Наконец, увидел дежурного сержанта и объяснил, что хочет видеть детективов, расследующих убийство Уолдек.
– Уолдек? – переспросил сержант.
– Женщина в парке.
– Ага. У вас есть информация?
– Да, – кивнул мистер Каттлетон.
Он ждал на деревянной скамье, пока сержант выяснял, кто занимается делом Уолдек. Наконец, предложил Каттлетону подняться наверх и спросить сержанта Рукера. Он так и сделал.
В кабинете, куда он вошел, его встретил молодой мужчина с задумчивым выражением лица. Да, кивнул он, я занимаюсь расследованием убийства Уолдек, но, прежде чем перейти к делу, попросил Каттлетона назвать имя, фамилию, адрес и все такое.
Ответы сержант Рукер записал в блокнот, вновь посмотрел на Каттлетона.
– С этим покончили. Теперь скажите, что привело вас к нам?
– Хочу признаться, – на лице Рукера отразилось недоумение. – Это я, я убил эту женщину, Маргарет Уолдек. Я убил.
Сержант и другой полисмен отвели его в другой кабинет, размерами поменьше и задали много вопросов. Он рассказал все, что помнил, от начала и до конца. Два или три раза у него перехватывало дыхание. Нет, на этот раз он не плакал, но замолкал на несколько секунд, не в силах вымолвить ни слова.
Потом посыпались вопросы.
– Где вы взяли нож?
– Купил в магазине.
– Где?
– На Колумбус-авеню.
– Помните магазин?
Он вспомнил прилавок, продавщицу, вспомнил, как заплатил за нож, унес его. Не вспомнил только, из какого магазина.
– Почему вы это сделали?
– Не знаю.
– Почему убили именно Уолдек?
– Она… она просто подвернулась под руку.
– Почему напали на нее?
– Потому что хотел. Что-то… на меня нашло. Возникло какое-то желание. Импульс. Мне не оставалось ничего другого.
– Но зачем убивать?
– Так уж вышло. Я ее убил. Ножом. Для этого я и купил нож. Чтобы ее убить.
– Вы заранее задумали убийство?
– Вроде бы.
– Где нож?
– Его нет. Выкинул. В дренажную канаву.
– Где выкинули?
– Не помню. Где-то.
– У вас должна быть кровь на одежде. Обязательно должна, кровь текла из нее рекой. Ваша одежда дома?
– Я от нее избавился.
– Как? Бросили в дренажную канаву?
– Послушай, Рой, не бери в оборот парня, который хочет в чем-то сознаться.
– Извините. Каттлетон, так где ваша одежда, в которой вы ее убили?
Всплыли смутные воспоминания. Вроде бы что-то горело.
– Мусоросжигательная печь.
– В вашем доме есть мусоросжигательная печь?
– Нет. В каком-то другом доме, неподалеку, в моем доме такой печи нет. Я пришел домой, переоделся, я это помню, завязал грязную одежду в узел, побежал в какой-то другой дом, бросил узел в мусоросжигательную печь и вернулся к себе. Помылся. Я помню, что кровь была под ногтями.
Они попросили его раздеться до пояса. Внимательно осмотрели руки, грудь, лицо, шею.
– Ни царапины, – прокомментировал сержант Рукер. – Ничего. А она царапалась, под ногтями много чего осталось.
– Рей, она могла царапать себя.
– М-м-м-м. Или на нем все заживает, как на собаке. Пошли, Каттлетон.
Они пошли в другую комнату, у него сняли отпечатки пальцев, сфотографировали и задержали по подозрению в убийстве. Сержант Рукер сказал, что он может позвонить своему адвокату. Но знакомых адвокатов у него не было. Знал он одного, у которого заверял какие-то документы, но случилось это давно и он даже не помнил фамилии этого человека.
Его отвели в камеру. Захлопнулась дверь, щелкнул замок. Он сел на стул, закурил. Впервые за последние двадцать семь часов у него не дрожали руки.
Четыре часа спустя в камеру вошли Рукер и еще один полисмен.
– Вы не убивали эту женщину, мистер Каттлетон, – заявил Рукер. – Почему же вы сказали нам, что убили?
Каттлетон молча таращился на него.
– Во-первых, у вас есть алиби, о котором вы не упомянули. В тот вечер вы смотрели двухсерийный фильм в кинотеатре «Лоув» на Восемьдесят третьей улице. Кассирша узнала вас по фотографии и сказала, что в половине десятого вы купили билет. Узнал вас и билетер. Он вспомнил, как вы споткнулись в темноте и едва не упали, когда шли в мужской туалет. Из кинотеатра вы ушли после полуночи. И сразу направились домой. Вас видела одна из женщин, что живет этажом ниже. И мужчина, комната которого находится в том же коридоре, что и ваша, показал, что вы вошли в комнату до часа ночи, а через пятнадцать минут погасили свет. Так объясните, что заставило вас признаться в убийстве этой женщины?
Он им не верил. Не помнил он никакого кино. Не помнил, как покупал билет, как спотыкался на пути в туалет. Ничего не помнил. В памяти остались лишь темная ночь, шаги, резкий бросок, нож и крики, тот же нож, летящий в канализационную канаву, запачканная кровью одежда в мусоросжигательной печи, вымываемая из-под ногтей кровь.
– Более того, мы поймали убийцу. Зовут его Алекс Канстер. Дважды отсидел на грабеж. Мы нашли у него окровавленный нож, лицо у него все в царапинах и я готов поспорить на последний доллар, что он уже сознался в убийстве Уолдек. Вы же ее не убивали. Почему вы дурите нам голову? Отнимаете время? Лжете?
– Я не лгу, – упорствовал Каттлетон.
Рукер открыл рот, чтобы что-то сказать, молча закрыл его.
– Рей, у меня идея, – подал голос второй полицейский. – Давай проверим его на полиграфе.
Он ничего не понимал. Его отвели в другую комнату, подсоединили проводами к какому-то прибору, начали задавать вопросы. Как его зовут? Сколько ему лет? Где он работает? Убил ли он Маргарет Уолдек? Сколько будет четыре плюс четыре? Где он купил нож? Какое у его второе имя? Куда он дел одежду?
– Ничего, – второй полисмен указал на змеящиеся по бумаге графики, – Никакой реакции. Он в это верит, Рей.
– Может, с ним что-то не так? Некоторых полиграф не берет.
– Так попроси его солгать.
– Мистер Каттлетон. Сейчас я вас спрошу, сколько будет три плюс четыре. Я хочу, чтобы вы ответили шесть.
– Но будет семь.
– Все равно, скажите шесть, мистер Каттлетон.
– Хорошо.
– Сколько будет три плюс четыре?
– Шесть.
На этот раз полиграф не подвел.
– Дело в том, что он в это верит, Рей. Он не собирался дурить нам голову и отнимать у нас время, он верит, что убил эту Уолдек, несмотря ни на что. Ты же знаешь, как подводит людей воображение, как свидетели под присягой дают ложные показания, потому что путают реальность с тем, что они себе внушили. Он прочитал статьи об убийстве и поверил, что убийца – он.
Они еще долго говорили с ним, Рукер и второй полицейский, подробно объясняя, что к чему. Они сказали ему, что у него сильно развитое чувство вины, что где-то в глубине подсознания погребено воспоминание о каком-то его неблаговидном поступке, и это самое воспоминание заставило его поверить в то, что он убил миссис Уолдек, хотя на самом деле он ее не убивал. Поначалу он думал, что у них поехала крыша, но постепенно, шаг за шагом, они доказали ему, что он никак не мог сделать то, в чем признавался. Такого просто не могло быть, они это доказали и ни один представленных им аргументов не мог поставить под сомнение улики, которыми они располагали. А потому он должен им поверить.
Что ж!
Он им поверил, он понял, что они правы, а его память дала осечку. Тем не менее, воспоминания об убийстве никуда не делись. Они остались такими же яркими. Он помнил каждое мгновение. Сие означало, что у него поехала крыша.
– Сейчас вы, наверное думаете, что сошли с ума, – прочитал его мысли сержант Рукер. – Не волнуйтесь понапрасну, мистер Каттлетон. Тяга к признаниям не такая уж редкость, как вы могли бы подумать. Любая публикация об убийстве приводит к нам в участок дюжину желающих сознаться, причем некоторые абсолютно уверены, что убили они. Где-то в глубине вашей души таится желание убить, по этому поводу вы испытываете чувство вины, поэтому вы признаетесь в том, что, возможно, хотели бы совершить, но никогда не совершите. Такие случаи у нас не редкость. Не все, разумеется, так уверены, как вы. Детектор лжи ясно это показал. Но насчет того, что вы сошли с ума, можете не волноваться. Вы просто не можете контролировать свое подсознание. И ничего больше.
– У человеческого мозга еще много тайн, – ввернул второй полисмен.
– Возможно, такое может с вами повториться, – продолжил Рукер. – Не паникуйте. Помните, что вы никого не могли убить, и все будет хорошо. И пожалуйста, больше никаких признаний. Договорились?
Он словно оказался в положении глупого ребенка. А потом его охватило облегчение, безмерное облегчение. Электрического стула не будет. Как и давящего чувства вины.
В ту ночь он крепко спал. Кошмары его не мучили.

***

Случилось это в марте. А четыре месяца спустя, в июле, повторилось. Он проснулся, вышел на улицу, на углу купил "Дейли миррор", сел за столик с рогаликом и кофе, раскрыл газету на третьей странице и прочитал о четырнадцатилетней школьнице, которая вчера вечером шла к своему дому, но домой не попала, потому что какой-то мужчина затащил ее в проулок и полоснул бритвой по горлу. Фотограф запечатлел тело девочки, с разрезом от уха до уха.
Воспоминания вспыхнули, как молния в черном небе. Поток воспоминаний.
Бритва в руке, девочка, пытающаяся вырваться. Податливость ее испуганной юной плоти, стоны, вырывающиеся из ее груди, кровь, хлынувшая из перерезанной шеи.
Яркие, реальные воспоминания. Он даже не сразу вспомнил, что ему это не внове.

Камень с души - Блок Лоуренс => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Камень с души автора Блок Лоуренс дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Камень с души своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с книгой: Блок Лоуренс - Камень с души.
Ключевые слова страницы: Камень с души; Блок Лоуренс, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 лонгслив женский купить москва 

 плитка для ванной ceradim starfish