А-П

П-Я

 https://www.dushevoi.ru/products/smesiteli/dlya_vanny/s-dushem/ 
 шалимар герлен купить в помпаду 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Было тихо, слышались только слабые удары воды о причал на другой стороне улицы. Долетавшие издалека звуки легкой музыки и чей-то смех казались принадлежностью какого-то другого мира. Она дала шоферу десять шиллингов, попросила подождать ее здесь и стала подниматься по ступеням. Коридор был едва освещен. Лестничный пролет уводил наверх, теряясь где-то в темноте. Отвратительная смесь кухонных ароматов и запаха мочи ударила в нос, и она поморщилась. Налево по коридору была видна дверь, на волнистом стекле которой красовалась надпись: «Бар».
Она открыта ее и оказалась в длинной узкой комнате. Вдоль одной из стен тянулась старинная буфетная стойка, отделанная под мрамор, за ней возвышалось потрескавшееся зеркало. У пивного крана была видна фигура человека, склонившегося над газетой.
В ближнем углу, уткнувшись лицом в стол, спал пьяный, и она слышала его тяжелое, свистящее дыхание. Двое мужчин с картами сидели у небольшого камина, тихо переговариваясь. Когда Энн закрыла за собой дверь, они обернулись. Она молча прошла мимо.
Бармен, пожилой, лысеющий мужчина, с помятым, опустошенным лицом, аккуратно сложил газету и засунул под стойку.
– Что вам угодно?
– Я ищу мистера Вэна Сондергарда. Насколько мне известно, он остановился у вас.
Сидевшие у камина внимательно разглядывали ее в зеркало. Один из них был маленький, приземистый, с черной бородкой, второй – по крайней мере шести футов ростом, с грубым и угрюмым лицом. Руки его постоянно находились в движении, неустанно тасуя карты. Он ухмыльнулся.
Женщина холодно посмотрела на него и отвела глаза.
– Сондергард? – переспросил бармен.
– Она, наверное, имеет в виду норвежца, – сказал высокий с ирландским акцентом.
– А, – кивнул бармен, – тот парень съехал вчера.
Он взял тряпку и быстрым движением протер стойку бара. Энн Грант смутилась:
– Но этого не может быть. Я ведь только на прошлой неделе наняла его через морское бюро. Он должен был перегнать мой новый катер из Лулворта на Нормандские острова.
– Придется вам попотеть, чтобы поймать его, – вмешался в разговор ирландец. – Сегодня утром он ушел на «Бене Альпине» – нанялся туда старшиной-рулевым. Через Суэц, дальше на восток.
Он встал и вразвалку подошел к ней.
– А я не сгожусь?
Прежде чем она успела ответить, грубый голос окликнул бармена:
– Эй, может, отвлечешься на секунду?
Энн удивленно обернулась: в тени, у дальнего конца стойки, стоял мужчина. Воротник его бушлата был поднят, а тень от фуражки падала на лицо, которое казалось удивительно бледным, с темными провалами глазных впадин. Бармен подошел к нему, а ирландец изогнулся у стойки, заглядывая в лицо Энн и улыбаясь:
– Хочешь чего-нибудь выпить?
Она слегка покачала головой, повернулась и пошла к двери. Такси уже уехало, а туман сгустился еще сильнее, накрыв гавань и обернув каждый из уличных фонарей живым, светящимся маревом.
Энн спустилась по ступенями пошла вдоль тротуара. Дойдя до первого фонаря, обернулась. Ирландец и его приятель стояли у двери. Она снова двинулась вперед, мужчины последовали за ней.
* * *
Нил Меллори закурил, поднял свой стакан, посмотрел сквозь виски на свет.
– Этот стакан грязный, – сказал он спокойно.
Лицо бармена недовольно скривилось:
– Ну и что теперь?
– Принеси другой. – В голосе Меллори, во взгляде темных глаз было нечто такое, что заставило бармена проглотить пилюлю и скроить на лице подобие улыбки. Он плеснул виски в чистый стакан и пододвинул Нилу.
– На здоровье.
– Вот это другое дело, – сказал Меллори, следя глазами за ирландцем и его приятелем, направившимися к двери следом за женщиной. Затем, залпом проглотив виски, встал и пошел к выходу.
Стоя на площадке перед лестницей, Меллори видел, как через залив шел корабль. Гудок глухо и тоскливо звучал в тумане, и что-то шевельнулось в душе Меллори. Он поежился, и в этот самый миг услышал женский крик.
Меллори сбежал по ступеням и остановился, вытянув шею и прислушиваясь: сильно приглушенный туманом крик шел откуда-то слева.
Он забежал за угол и быстро пошел к причалу. Резиновые подошвы делали шаги почти бесшумными. Он успел вовремя. В желтом свете фонаря было видно, как двое мужчин повалили вырывающуюся женщину.
Ирландец резко обернулся, и пинок Меллори пришелся прямо ему в лицо. Ирландец с воплем повалился на спину, не удержался и с плеском обрушился с десятифунтовой высоты причала. Бородатый выхватил из кармана нож, и Меллори подался назад. Бородатый осклабился и бросился на него. Вдруг что-то мощное перехватило его руку, с хрустом вывернуло запястье одним движением вверх и в сторону.
Бородатый истошно заорал и выпустил нож. Меллори провел еще один жестокий рубящий удар в область шеи и швырнул противника на землю.
Энн Грант стояла, привалившись к стене. Костюм ее был измят и испачкан грязью, из-под пояса выбился угол растерзанной блузки, по ее изжелта-бледному лицу из глубокой царапины на щеке сочилась кровь. Она нервно засмеялась и отбросила назад упавшую на лоб темную прядь:
– Скажите, вы все в жизни делаете так же основательно?
– Что-нибудь не так? – спросил Нил.
Она сделала несколько шагов вперед, заметно припадая на правую ногу, и остановилась, чтобы поднять сумочку. Бородач за ее спиной со стоном повернулся на спину. Она взглянула на него, потом обернулась к Меллори:
– Может быть, стоит вызвать полицию?
– Вы хотите, чтобы я вызвал?
– Необязательно.
Она зябко повела плечами:
– Как холодно...
Он снял бушлат и накинул ей на плечи.
– Прежде всего вам необходимо выпить. Давайте вернемся в отель. Я сбегаю за такси, а вы пока можете посидеть в моей комнате.
Она кивнула в сторону бородача:
– С ним все в порядке?
– С такими, как он, всегда все в порядке.
Меллори взял ее под руку, и они пошли по направлению к отелю. Моросил мелкий дождь, металлические перила набережной блестели серебром. Каждый ее шаг отдавался противной ноющей болью в ноге.
Очертания старых домов плыли в густом тумане, призрачные и размытые, точно фрагменты недавнего кошмара, от которого она не совсем еще оправилась. Казалось, мостовая плывет у нее под ногами.
Его рука неожиданно обвилась вокруг нее, сильная и надежная мужская рука. Энн перехватила взгляд его черных глаз и улыбнулась:
– Все в порядке, только голова немножко кружится.
Из тумана выплыла вывеска отеля. Они вошли и поднялись по сбитым ступенькам. Он открыл дверь комнаты в самом конце коридора и провел ее внутрь.
– Чувствуйте себя как дома. Я сейчас.
Комната ничем не отличалась от обычных номеров в дешевых гостиницах: вытертая ковровая дорожка на полу, железная койка, какой-то шкафчик, неуклюжий шифоньер и, конечно, тяжелый, спертый воздух. Единственным намеком на роскошь могла показаться раковина в углу у окна, и Энн, прихрамывая, подошла поближе. К ее удивлению, из крана шла горячая вода. Вымыв руки и умывшись, она стала внимательно разглядывать себя в привинченном над раковиной зеркале.
Царапина на щеке оказалась пустячной, но костюм был безнадежно испорчен. Когда вернулся Меллори, она рассматривала ушибленную ногу, присев на краешек койки. Он поставил на тумбочку початую бутылку бренди и два стакана, потом, встав на одно колесо, наклонился к ней:
– Что-нибудь серьезное?
– Да нет, просто ссадина.
Меллори вытащил из-под койки старый фибровый чемодан, вынул из него тяжелый рыбацкий свитер и положил ей на колени:
– Наденьте-ка эту штуку, вы совсем озябли.
Пока она натягивала свитер и закатывала длинные рукава, он примостил ее ногу на свое колено и ловко стянул лодыжку свернутым носовым платком. Она спокойно разглядывала его.
Он был среднего роста, широкоплеч, одет так, как обычно одеваются матросы, – дешевая рубашка из голубой фланели и грубые темные брюки, стянутые у пояса широким кожаным ремнем с латунной пряжкой. Однако назвать его внешность заурядной она бы не решилась. Все в нем выдавало человека, не расположенного к шуткам. Бледное, почти бескровное лицо резко контрастировало с черной блестящей копной волос. Но самым удивительным были глаза – черные и бездонные. Там, на пристани, Энн видела его в ярости – хладнокровным и беспощадным, теперь же его взгляд казался каким-то отрешенным – он почти не замечал ее.
Только теперь в ней вновь шевельнулся страх, но это длилось секунду. Она увидела, как лицо мужчины вдруг озарилось обезоруживающей улыбкой, настолько щедрой, что трудно было узнать в нем прежнего человека.
– В этом свитере вы выглядите от силы лет на десять.
Она ласково улыбнулась и протянула руку:
– Меня зовут Энн Грант. Я очень благодарна вам.
– Меллори, – сказал он. – Нил Меллори.
Он слегка коснулся ее руки, открыл бутылку бренди, щедро плеснул в стакан и передал его Энн.
– Я сказал бармену, он вызовет такси. Но, может быть, придется немного подождать.
– Сюда я тоже приехала на такси. Просила водителя подождать, а он почему-то уехал.
– Им не слишком нравится бывать в портовых кварталах по ночам. Это не самое спокойное место, а таксист – слишком заметная фигура. – Он усмехнулся: – Кстати, когда везешь хорошенькую женщину, это тем более опасно.
Энн грустно улыбнулась:
– Что уж теперь говорить. И зачем я сюда приехала... Полное безрассудство. Целый день прождала в Лулворте одного человека, а когда наконец поняла, что он не появится, решила сама найти его.
– Вэн Сондергард? Я слышал, как вы спросили о нем у бармена.
– А вы его знаете?
– Он жил рядом. Дальше по коридору. Как-то раз мы даже выпивали с ним в баре. Вот и все, пожалуй. А где вы его встретили?
– Я с ним не знакома, – сказала она. – Все это делалось через Морское бюро. Я просила найти человека, умеющего управлять моторным катером, обращаться с аквалангом. Дело в том, что я и моя золовка должны плыть к Нормандским островам и нам нужен человек, который бы поначалу помогал нам, скажем месяц. В бюро мне предложили Сондергарда. – Она вздохнула. – По-моему, эта идея пришлась ему по вкусу. Интересно, почему он передумал?
– Все очень просто. Он сидел в баре, выпил порядочно, на душе было гадко. А тут зашел один из его прежних капитанов, который как раз утром уходил на Суэц. Ему нужен был старшина-рулевой. Еще три по сто – и дело в шляпе. Сондергард собрал вещи, и они ушли. У матросов часто так.
Он глотнул бренди, достал старый кожаный портсигар.
– А вы матрос, мистер Меллори? – спросила она, когда он, чиркнув спичкой, прикрыл огонек ладонью.
Он повел плечами:
– И матрос тоже, а что?
– Я бы сказала, что вы больше похожи на солдата.
– А почему?
– Видимо, у меня на них чутье. Мой отец был солдатом, муж – тоже. Его убили в Корее.
Нужные слова как-то не находились, и Меллори, затянувшись, подошел к окну. Он посмотрел вдаль и обернулся:
– Вы говорите, катер у вас. А что за катер?
– Тридцатифутовик, фирмы «Акербун». Винты спаренные, корпус стальной.
– То, что надо. – В его глазах промелькнул интерес. – А двигатель какой?
– Бензиновый, фирмы «Пента». На полном ходу дает до двадцати узлов.
– Эхолот, автоматическое рулевое управление, все последние штучки? Я думаю, это стоило вам тысяч семь, не меньше.
– Не мне. Моему свекру. От меня требовалось послушание, а он говорил, что нужно делать.
– Похоже, он человек с характером, знает, чего хочет.
Она улыбнулась:
– Да, привычка – вторая натура. Он генерал-майор.
– Грант? – изумился Меллори. – Вы о Железном Гранте говорите? Тем самым, из Западной пустыни?
Она кивнула:
– О нем. Он живет на Нормандских островах с тех самых пор, как ушел из армии. А я веду у него хозяйство.
– А сам он что теперь делает?
– Он почти ослеп, – сказала она, – но держится молодцом. Занимается военной историей. Наговаривает свои мемуары на пленку, а мы вдвоем с Фионой, его дочерью, перепечатываем.
– Вы сказали, что Сондергард, помимо всего прочего, должен был еще и уметь нырять? Зачем, если не секрет?
– Это, конечно, необязательно, но желательно. Дело в том, что в пятнадцатом веке на острове Иль де Рок затопило маленькую рыбацкую деревушку и крепость. Сейчас их развалины находятся ярдах в пятистах от берега в восьми саженях под водой. Мы с Фионой там ныряем, хотим со всем этим разобраться.
– Звучит заманчиво. Думаю, вам стоит вновь обратиться в Морское бюро, они тут же подыщут подходящего человека.
Нил стоял у окна и смотрел на желтоватый туман внизу. Она спросила:
– А может быть, вам это покажется интересным?
Он медленно обернулся, нахмурив брови:
– Вы же меня совсем не знаете.
– А что я должна знать? Вы же представились мне как матрос.
– Это скорее по необходимости.
– Хотите сказать, что не справитесь с «Фоксхантером»?
– Он так называется? Вообще-то мне приходилось раньше иметь дело с такими катерами, я даже немного ныряю.
– Восемьдесят фунтов в месяц, жилье и питание за мой счет. Вас это устроит?
Он нехотя улыбнулся:
– Устроит, миссис Грант.
Она по-мальчишески протянула ему руку:
– Очень рада.
Он пожал руку, пристально глядя ей в глаза. Улыбка угасла на ее лице. Снова где-то внутри шевельнулся прежний ночной страх. Наверное, почувствовав что-то, Меллори сильнее сжал руку женщины и улыбнулся. Страх мгновенно улетучился, и теплая волна прошла по телу Энн. За окном раздался сигнал.
– Пора. Где вы остановились?
– В отеле, в центре.
– Ваш вид наверняка вызовет сенсацию в отеле, – сказал Меллори. Поддерживая под руку, он помог ей дойти до машины. На улице туман заметно редел. Она опустила стекло и высунула голову:
– Завтра мне нужно кое-что уладить, так что в Лулворте я появлюсь не раньше вечера. До встречи!
Он кивнул:
– Вам неплохо бы полежать до обеда.
Она слегка улыбнулась, но ответить не успела. Машина тронулась. Меллори смотрел вслед, пока она не исчезла в тумане, затем повернулся и взбежал по ступеням.
Когда он вошел, бармен все еще читал газету.
– Где они? – спросил Меллори.
Бармен большим пальцем ткнул куда-то в сторону задней двери:
– Там.
Меллори открыл дверь и увидел ирландца, сидевшего у камина перед тазом с горячей водой. Его одежда слиплась от грязи. Какой-то тряпицей он пытался унять кровь, сочащуюся из глубокой ссадины от уха до подбородка. Бородач пластом лежал на продавленном диване и тихонько скулил, прижимая к себе правую руку. Ирландец при виде Меллори подскочил, его глаза горели:
– Подонок, ты что, убить нас хотел?
– Я тебе что сказал? Припугни девчонку, а ты решил и рыбку съесть, и в дамки влезть. Сам нарвался, сам и получил.
Меллори вытащил из бумажника несколько кредиток и швырнул их на стол.
– Я думаю, мы в расчете.
– Десять фунтов?! – заорал ирландец. – Десять вонючих фунтов? А Фредди? Ты же ему руку сломал!
– Плевал я на его руку, – спокойно сказал Меллори. – Пусть вызывает «скорую».
Он повернулся и вышел, а ирландец тяжело грохнулся на стул. В голове его шумело, перед глазами все плыло. Вошедший бармен подошел к нему:
– Ну, как ты?
– Хреново. Кто он, тварь эта?
– Меллори? – Бармен пожал плечами. – Знаю одно: второго такого фрукта найти трудно. А уж я всего насмотрелся.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19
 летние брюки мужские купить в москве 

 https://dekor.market/