А-П

П-Я

 https://www.dushevoi.ru/products/dushevye-ugolki/dushevye-ograzdenya/ 
 ajmal orchidee celeste в помпаду 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Первушин Антон Иванович

При Попытке К Бегству


 

Тут выложена электронная книга При Попытке К Бегству автора, которого зовут Первушин Антон Иванович.
В электронной библиотеке ALIBET вы можете скачать бесплатно или читать онлайн электронную книгу Первушин Антон Иванович - При Попытке К Бегству в формате txt, без регистрации и без СМС; и получите от книги При Попытке К Бегству то, что вы пожелаете.

Размер файла с книгой При Попытке К Бегству равен 25.22 KB

При Попытке К Бегству - Первушин Антон Иванович => скачать бесплатно книгу


-------------------------------------------------------------------
(C) Антон Первушин, 1997
-------------------------------------------------------------------
Антон Первушин
ПРИ ПОПЫТКЕ К БЕГСТВУ...

Славным бойцам невидимого фронта из Комиссии по Контролю -
посвящается.

1.
"Перейре, стражнику, носителю отличного меча, начальнику охраны в
хижинах у пределов машин от Третьей Спицы Лучезарного Колеса в
золотых мехах, носителя грозной стрелы, слуги под самым седалищем
Великого и Могучего Утеса, сверкающего боя, с ногой на небе,
живущего, пока не исчезнут машины, повергается на голову это
распоряжение.
Приказываю первое: увеличить производительность хижин у пределов
машин еще на четыре прирученных машины в месяц.
Приказываю второе: до исхода Третьей Луны представить к ступне
Лучезарного Колеса доклад об использовании ста двадцати мер крупы и
двухсот мер угля.
Приказываю третье: в посланной вам мере преступивших установление
отделить низкого, носившего некогда имя Райра, на работы к машинам
не посылать, а пристроить к нему верного друга, который будет
следить за каждым его шагом и словом.
Третья Спица Лучезарного Колеса в золотых мехах."
Перейра, начальник охраны в хижинах у пределов машин, вздохнул и
перечитал послание еще раз. Более внимательно и вдумчиво, чем в
первый. Что-то насторожило его в этом самом обыкновенном с виду
распоряжении от высокого чиновника из Столицы. Что-то, пока весьма
неясное - то ли предчувствие, то ли смутное подозрение - задело
Перейру, а он привык доверять даже самым смутным подозрениям и
предчувствиям. Потому, наверное, и удержался здесь, на своем
маленьком седалище, а не отправился в хижины, поближе к собственным
подопечным.
Перейра встал и, оставив послание на столе, подошел к окну. За
окном был пасмурный, но теплый день. Снег подтаял, и перед домом
образовалась слякотного вида лужа. Первая смена в цехах закончилась
и стражники, привычно поигрывая копьями, гнали длинные вереницы
преступивших: одну партию от цехов к хижинам и похлебке, другую -
от хижин к цехам и машинам. Перейра, как и всегда, выделил
вниманием среди фигур, закутанных в черные меха, одну - для него
особенную. Был это Хайра, носитель копья, труполюб и дристун. Он не
стоил той чести, которую ему оказывал Перейра, замечая и отмечая
для себя каждое новое его появление в пределах видимости, однако
именно с этим говнюком у начальника хижин были связаны хотя и
давешние, но весьма неприятные воспоминания, и потому взгляд
Перейры (он научился узнавать Хайру по походке) нет-нет да и
задерживался на молодом носителе копья.
Впрочем, не только Хайра отвлекал иногда начальника хижин от
сиюминутных забот, направляя поток сознания в некие труднодоступные
глубины памяти. Так, с недавних пор в хижинах появился высокий
нескладный старик с печальным тусклым взглядом вечно слезящихся
глаз. Он порождал в Перейре совершенно иные, чем Хайра,
воспоминания - тёплые и светлые. Начальник определенно видел где-то
этого старика раньше, но никак не мог вспомнить, где именно. Скорее
всего в Столице. Может быть, и в самом Стеклянном Зале, у ног
Великого и Могучего, где начальнику хижин довелось побывать только
раз.
Однако не удивительно, что пришлось им встретиться снова и здесь,
по обжигающе ледяную сторону от гор: в мире под седалищем Утеса ни
один человек не был застрахован от такого вот печального исхода -
безымянным, лишенным имущества и семьи, оказаться у грохочущего
станка с ручным приводом, радуясь, как крупе небесной, безвкусной
баланде и грязной подстилке на холодном полу. Такова жизнь.
Вот и сейчас, взгляд Перейры остановился на секунду, цепко выхватив
из своры стражников фигуру Хайры, который раздраженно подталкивал
того самого старика древком копья в спину, заставляя его идти прямо
через мерзкую лужу.
Надо будет все-таки выяснить, что это за старик, подумал начальник
охраны, но тут же и вновь забыл об этом, потому что мысли его
упорно возвращались к посланию, оставленному на столе, и к ощущению
скрытого подвоха (ловушки?), содержащегося в нем.
В конце концов, не так уж и мало у меня врагов, размышлял Перейра,
не так мало, как хотелось бы. Так и норовят подгадить. Так и
мечтают засадить меня в барак. Что это, в самом деле, за новости:
"...до исхода Третьей Луны представить к ступне Лучезарного Колеса
доклад об использовании ста двадцати мер крупы и двухсот мер угля".
Ясно же, что использованы они по прямому назначению. Не продаю же я
их на барахолке - откуда здесь барахолка? Копают, роют мне яму...
Или вот: "увеличить производительность хижин у пределов машин еще
на четыре прирученных машины в месяц". Что я им рожу эти четыре
машины, что ли? И так каждый толковый каробу-работник наперечет,
всё ведь присылают-то белоручек, которые по ту сторону только и
умели, что пальцем с позолоченным ногтем в носу ковырять. Их же
подготовить надо - работников, научить гайку от болта отличать.
Хорошо хоть удалось провести через Первую Спицу указ о "даровании
жизни", и теперь любой носитель, убив случайно или осознанно
низшего, отправляется в хижину, на его место... Тоже, кстати, повод
для недоброжелателей шепнуть на ушко: что-то наш Перейра, носитель
отличного меча, мягким стал, с низкими нянчится, словно с детьми
своими собственными - не присутствует ли здесь какой злонамеренный
умысел?
Одно и спасает, одно и позволяет удержаться на плаву и в должности
- война! Если бы не мои машины, северяне давно бы под Столицей
пировали. А так - слава и почет, поблажки. Но и копают, роют...
Нет, все не то. Перейра отмахнулся от первых пришедших по поводу
послания соображений, как отмахивается северянин от летних жужелиц.
Административные требования вполне обычны, знакомы: "увеличить и
представить". Но в послании есть еще и третий пункт о низшем,
носившем некогда имя Райра, а вот это уже действительно серьезный
повод для того, чтобы заподозрить неладное. Потому что до сих пор
ничего подобного в хижинах у пределов машин не случалось.
Это, конечно, не означало, что у Перейры не найдется для
новоприбывшего "верного друга": своя агентура в хижинах у носителя
отличного меча имелась, однако просить за низшего... То ли Третья
Спица чем-то очень Райре обязан, а потому перемудрил и вот так вот
глупо подставился, то ли все это - хорошо продуманная и тщательно
спланированная провокация. И скорее второе, чем первое, потому что
в мире по ту сторону гор давно забыли, что такое "быть обязанным";
понятие благодарности втоптано в грязь вместе с понятиями
благородства и чести. А значит, следует ждать подвоха. Остается
только выяснить, с какой стороны.
Перейра собрался было уже кликнуть кого-нибудь из своих ординарцев,
чтобы привели из мастерских агента посмышленее ("Гарайра вполне для
такого дела подойдет"), но тут у него вдруг заныли коренные зубы.
Носитель отличного копья зарычал, схватил кувшин с теплой водой,
прополоскал рот, сплюнул на пол. Ноющая боль не ушла, а даже, вроде
бы, стала сильнее.
"Говорят, настойка на языке велоса помогает, - подумал Перейра с
тоской. - Послать, что ли, пару бойцов? Пусть подстрелят птичку". И
тут же спохватился. То, что у него внезапно разболелись коренные
зубы, вовсе не означало признаков надвигающегося пульпита. Потому
что коренных зубов у начальника охраны не было; на их месте были
смонтированы два миниатюрных устройства: приемник нуль-связи и
дешифратор нуль-сигнала к нему. Заныли же они потому, что на
приемник только что поступило срочное сообщение.
И оно, это сообщение, в отличие от того, что осталось на столе,
было адресовано вовсе не Перейре, носителю отличного меча и
начальнику охраны в хижинах у пределов машин. Оно предназначалось
Вадиму Дубровину, структуральному лингвисту и Прогрессору седьмого
призыва, известному под псевдонимом "Летающий Бык".

2.
"04.08.-09.18. АТОС - ЛЕТАЮЩЕМУ БЫКУ.
НАСТОЯЩИМ ДОВОЖУ ДО СВЕДЕНИЯ: ОТ 04.08.-07.03 В СИСТЕМУ ЕН 7031
(ПЛАНЕТА САУЛА) НАПРАВЛЯЕТСЯ СО СПЕЦИАЛЬНЫМ ЗАДАНИЕМ УПОЛНОМОЧЕННЫЙ
КОМКОН-2 ВОДОЛЕЙ (Г.СЕРОСОВИН).
ПРИКАЗЫВАЮ: ОКАЗАТЬ ВОДОЛЕЮ ВСЕМЕРНОЕ СОДЕЙСТВИЕ В ВЫПОЛНЕНИИ
ЗАДАНИЯ. ВОПРОСОВ НЕ ЗАДАВАТЬ. РАЗГОВОРОВ ЗА ЖИЗНЬ НЕ ВЕСТИ.
ПАРОЛЬ ДЛЯ СВЯЗИ: "Я ПОСЛАН ТЕМ, КТО СТОИТ НА ВЕЛИКОМ И МОГУЧЕМ
УТЕСЕ, СВЕРКАЮЩЕМ БОЕ, С НОГОЙ НА НЕБЕ, ЖИВУЩЕМ ПОКА НЕ ИСЧЕЗНУТ
МАШИНЫ". ОТЗЫВ: "Я ЗНАЮ ЭТОГО ДОСТОЙНЕЙШЕГО ИЗ ЛЮДЕЙ".
АТОС (М.СИДОРОВ, ПРЕЗИДЕНТ СЕКТОРА "УРАЛ-СЕВЕР" КОМКОН-2,
ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТ КОМКОН-1, ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПОДКОМИССИИ ПО ПРОГРЕССОРСКОЙ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ)."
- Ё-моё! - только таким выражением и сумел прокомментировать
послание Летающий Бык.
- Словно с цепи все сорвались, - добавил он же, подумав.
Действительно, тут завистники и проходимцы всех мастей интриги
плетут, ямы копают-роют, а эти деятели надумали прислать
комконовца, который в местных условиях ни уха, ни рыла, о Сауле
разве что и слышал: "рабовладельческий строй, концентрационные
лагеря, война всех со всеми". А как увидит и на своей шкуре
почувствует, что это такое "рабовладельческий строй", так сразу
начнет разыгрывать борца за справедливость, за права угнетенных
масс и так далее и тому подобное. Знаем мы этих дилетантов с Земли.
Были уже прецеденты.
Вадим вздохнул и пропел едва слышно:

Пусть в буфете царь - буфетчик,
А на компе - программист.
Ну а здесь за всё ответчик -
Структуральнейший лингвист.

Давно миновали те времена, когда он смотрел на мир сквозь радужные
очки добропорядочного коммунара; став Прогрессором, Вадим утратил
множество иллюзий и теперь не стал бы убеждать Саула, что "кучка
вонючих феодалов против коммунистической колонии" - это "тьфу!". И
настроение стихов структуральнейшего из лингвистов изменилось под
стать взглядам на жизнь.
А в последнее время Дубровин стал даже задумываться о
целесообразности института Прогрессорства в целом. Мысли свои по
этому поводу он излагал прибывающим с Земли эмиссарам, если,
конечно, эмиссар располагал к общению и не был озабочен
собственными проблемами настолько, чтобы ничего другого вокруг себя
не видеть и не слышать. Соображения Вадима сводились к тому, что
раньше или позже любой Прогрессор ("Вот на меня, к примеру,
посмотрите!") приходит к осознанию того простого факта, что вся его
деятельность абсурдна и не несёт в себе сколько-нибудь значимых
благ для низкоразвитых цивилизаций. В качестве подтверждения своих
слов Дубровин любил приводить известный исторический анекдот,
связанный с разработками ИЭИ в Арканаре. Розовощекие мулодцы из
Института экспериментальной истории умудрились за десять лет
вывезти из Арканара под предлогом спасения "задыхающейся во мраке
средневековья" нации всех более-менее здравомыслящих людей, избавив
таким образом страну от оппозиции, что в конечном счёте привело
Арканар к военной катастрофе и потере независимости. Развивая мысль
далее, Вадим ссылался и на собственное нелепое положение, при
котором он вынужден работать начальником концентрационного лагеря и
объяснять вшивым копейщикам, "что такое хорошо и что такое плохо".
Копейщики в подавляющем большинстве на убеждения не реагируют;
приходится прибегать к угрозам и наказаниям. То есть к тому самому
малому джентльменскому набору средств, в котором любая Третья Спица
даст любому Летающему Быку сто очков вперёд.
Трудно - ох как трудно! - удержаться от публичных порок и
образцово-показательных казней. Трудно - ох как трудно! - быть
Прогрессором...
В общем, проблем хватало. И сообщение по нуль-связи от
Атоса-Сидорова увеличивало список проблем ещё на один (выделенный
жирно) пункт. Или даже на несколько пунктов.
И то ли потому, что настолько неуместным оказалось оно сейчас
("Лучше бы новый синтезатор прислали, а не комконовца!"), то ли
потому, что Вадим не успел в достаточной степени остыть и выйти из
роли носителя отличного меча и начальника стражи, но это сообщение
вызвало в смятенной душе Вадима самые нехорошие подозрения.
"А никак они мне решили Генеральную Инспекцию тут устроить? -
подумал он с тоской. - Это для Великого и Могучего я может быть
слишком либерален, а в представлениях любого порядочного землянина,
я - сатрап и эксплуататор народных масс, "банный лист", одним
словом. И приедет такой, весь из себя чистенький и высокоморальный,
глянет и возопит: "Лагерь смерти! Лагерь смерти!", и все мои доводы
по поводу того, что в лагере уже больше года никто не умирал, не
услышит и не оценит. А если еще поднимет местную документацию и
сообразит, что хижины работают на войну - тут уж и совсем клейма
некуда будет поставить!".
Горестные размышления Дубровина были прерваны громким топотом и
возней на крыльце.
Носитель отличного меча и начальник стражи у пределов машин накинул
на плечи шубу и вышел в холодные сени.
В сенях толпились копейщики.
- Что происходит? Кто приказал? - визгливо осведомился Перейра.
Был тут и Хайра. Сложив руки перед грудью и поклонившись, он
басовито доложил:
- Мы просим прощения, светлый и великий, но в хижинах у пределов
машин появился странник.
- Странник? - Перейра нахмурился. - Какой странник?
- Он пришёл со стороны Дороги. На нём странная одежда и говорит он
странно. Сначала мы решили, что это один из низких, но потом
вспомнили...
- Где он?!
Копейщики расступились, и Перейра увидел, что за ними, прямо на
полу, лежит и тяжело дышит сильно избитый и обмороженный человек в
разорванном на груди ярко-алом комбинезоне. Перейра шагнул вперёд и
склонился над ним.
Тут обмороженный зашевелил губами и начальник стражи услышал:
- Я послан тем, кто стоит на Великом... и Могучем... хрен знает
что! Не могу я абракадабру эту запомнить и всё!
Это был Водолей.

3.
- Все вон! - взвизгнул на копейщиков носитель отличного меча
Перейра, и те не замедлили выполнить приказ.
Когда за ними захлопнулась дверь, Вадим помог Серосовину встать и
пересесть на постель.
- Что ж вы так? - бормотал он при этом озабоченно. - Нельзя же вот
так... напролом.
- Ерунда это всё, - невнятно отозвался Серосовин. - Водка есть?
- Хм, - смутился Вадим. - Вообще, есть.
- Налей грамм сто.
Пока Вадим лазил в свой тайничок за водкой, Серосовин стащил
разорванный комбинезон и принялся растирать обмороженное лицо.
- Вот, - Вадим поднес Серосовину кувшинчик.
Серосовин сначала понюхал.
- Comoff? - спросил он и, получив утвердительный ответ, дал
указанной марке исчерпывающую характеристику: - Редкостная дрянь!
Потом одним махом опорожнил ёмкость. Почти сразу лицо Водолея
приобрело нездоровый малиновый оттенок.
- Они вас не слишком помяли? - спросил Вадим.
- До свадьбы заживет... Налей лучше ещё.

При Попытке К Бегству - Первушин Антон Иванович => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга При Попытке К Бегству автора Первушин Антон Иванович дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу При Попытке К Бегству своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с книгой: Первушин Антон Иванович - При Попытке К Бегству.
Ключевые слова страницы: При Попытке К Бегству; Первушин Антон Иванович, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 там 

 cifre emperador плитка купили тут