А-П

П-Я

 душевые кабины москва купить 
 духи армани си в pompadoo 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Кунц Дин Рэй

Единственный выживший


 

Тут выложена электронная книга Единственный выживший автора, которого зовут Кунц Дин Рэй.
В электронной библиотеке ALIBET вы можете скачать бесплатно или читать онлайн электронную книгу Кунц Дин Рэй - Единственный выживший в формате txt, без регистрации и без СМС; и получите от книги Единственный выживший то, что вы пожелаете.

Размер файла с книгой Единственный выживший равен 255.13 KB

Единственный выживший - Кунц Дин Рэй => скачать бесплатно книгу




«Дин Кунц. Единственный выживший»: ЭКСМО; Москва; 2000
ISBN 5-04-005953-1
Оригинал: Dean Koontz, “Sole Survivor”
Перевод: В. Гришечкин
Аннотация
Страшная авиационная катастрофа уносит жизни жены и дочерей лос-анджелесского журналиста Джо Карпентера. Год спустя совершенно случайно он узнает, что при крушении самолета погибли не все. Единственная выжившая - женщина-ученый, перевозившая с собой результаты закрытых экспериментов, похищенных ею в секретной военной лаборатории. Пытаясь разыскать таинственную незнакомку и выяснить истинную причину гибели своей семьи, Джо внезапно понимает, что сам стал объектом преследования сверхъестественных сил.
Дин Кунц
Единственный выживший
ПОСВЯЩАЕТСЯ ПАМЯТИ РЭЯ МОКА - моего дяди, который уже давно переселился в лучший из миров.
В детстве, когда я испытывал беспокойство и отчаяние, его юмор, порядочность и доброта помогли мне узнать все о том, каким должен быть человек.
Слово признательности:
Настоящей Барбаре Кристмэн круто повезло - ее имя было использовано мною в этом романе. Учитывая то обстоятельство, что она была одним из сотни книготорговцев, участвовавших в нашей лотерее, я был весьма удивлен тем, насколько удачно ее имя вписалось в рассказанную мною историю. Должно быть, она надеялась, что я изображу ее кровожадным психопатом убийцей, однако на деле ей придется довольствоваться ролью персонажа гораздо более скромного. Прости, Барбара...
Глубок и темен свод небесный,
То звезд и льда дворец чудесный,
Но вид его рождает страх
Что, если в тех, иных мирах
Нет ничего для нас?
И крошечной Земли тревожное пространство
Не дом родной - темница, где стеной,
Послужат пустота и мертвый звездный свет?..
Ну что ж... тогда, конечно, нет
Причин, чтоб воевать с судьбой,
Чтоб до конца стоять
В борьбе с самим собой,
И смысла нет ни плакать, ни смеяться,
Ни спать, ни утром просыпаться,
И обещаний звук пустой не растревожит мой покой.
Но по ночам мой взгляд средь звезд
Ответы ищет на вопрос
И хочет тайну разгадать:
Ты, Боже, там? Иль нам опять
Одним брести по Вечности дороге...
"Книга Печалей"
"Sole Survivor" 1997
Часть первая
Потеряны навсегда...
Глава 1
Джо Карпентер проснулся в субботу в начале третьего утра. Прижимая к груди мокрую от пота подушку, он хрипло выкрикивал в темноту имя своей погибшей жены. Боль и жгучая тоска, звучавшие в его голосе, ужаснули его самого, и Джо мгновенно очнулся от своего беспокойного сна. И все же сновидения отпускали его неохотно; они спадали с него слой за слоем, покров за покровом, как во время землетрясения сыплется со стропил и потолочных перекрытий скопившаяся за десятилетия пыль.
Джо уже понял, что сжимает в объятиях не свою Мишель, а всего навсего подушку, но не спешил разжать руки. В последний миг перед пробуждением его ноздри уловили аромат ее волос, и теперь он боялся, что любое движение, любой жест способны развеять наваждение и отнять у него это последнее, самое дорогое, оставив его наедине с кислым запахом пота и холодного сигаретного дыма.
Но в мире не было таких сил, которые могли бы удержать воспоминания и помешать им выскользнуть из его судорожно стиснутых пальцев. Запах волос Мишель уносился прочь, в пустоту, словно наполненный горячим воздухом воздушный шарик, который не поймать, сколько ни прыгай и ни размахивай руками.
Чувствуя себя ограбленным до нитки, Джо поднялся и подошел к окну. Его постель, состоявшая из брошенного на пол матраца, подушки и одеяла, была единственным предметом обстановки, поэтому он мог не бояться налететь на мебель даже в густых предрассветных сумерках.
Однокомнатная квартирка в конце Лоурел Каньон, которую он снимал, находилась на втором этаже и состояла из одной большой спальни с двумя окнами, кухонного закутка, чулана и весной туалетной комнатушки со ржавой трубой стоячего душа в углу. Первый этаж занимал захламленный гараж на две машины. Джо переехал сюда после того, как продал дом в Студио Сити, но он даже не потрудился перевезти сюда что то из обстановки. Мертвецам мебель ни к чему, а он приехал сюда умирать.
И вот теперь на протяжении десяти месяцев Джо аккуратно вносил арендную плату в ожидании утра, когда он не сумеет проснуться.
Из окна открывался вид на круто уходящую вверх стену каньона, густо заросшую вечнозеленым чаппаралем и эвкалиптами. Сквозь кроны чахлых городских деревьев на западе горел серебром вечный символ обманутых надежд - диск полной луны, склонявшейся к горизонту.
Глядя прямо перед собой, Джо слабо удивился, что он все еще не умер. Но и живым назвать его тоже было нельзя. Он застрял где то посередине, на половине пути из одного мира в другой, и теперь, раз о возвращении не могло быть и речи, он хотел пройти этот путь до конца.
Джо сходил на кухню, достал из холодильника бутылку ледяного пива и сел на матрац, привалившись спиной к стене.
Пиво в половине третьего ночи! Типично растительное существование, без целей, без надежд...
Мимолетно он пожалел о том, что не может напиться до смерти. Если бы он был уверен, что сумеет уйти из жизни без боли, притупленной алкогольным опьянением, тогда его, наверное, не тревожил бы вопрос о том, сколько времени займет этот переход. Но гораздо больше он боялся того, что затуманивший мозг алкоголь вытравит из него воспоминания, а память все еще была для него священной. Именно по этой причине даже в худшие дни Джо не позволял себе ничего, кроме нескольких бутылок пива или стаканов вина.
Если не считать оконных стекол, на которых играли и переливались просеянные сквозь ветви и листву лунные лучи, в темной спальне не было никаких других источников света, лишь слабо мерцали подсвеченные клавиши телефонного аппарата.
Повернувшись к нему, Джо подумал о том, что в этот глухой предрассветный час он может поговорить только с одним человеком в мире - поговорить откровенно о своем бездонном, беспросветном отчаянии, которое засасывало его все глубже и никак не могло поглотить. Впрочем, и в дневные часы он не мог обратиться ни к кому другому. Джо было только тридцать семь, но его собственные мать и отец умерли уже давно, а ни братьев, ни сестер у него не было. Друзья пытались как то утешить его, но Джо было слишком больно слушать или говорить о случившемся, и он постарался держать их на дистанции; при этом он повел себя столь агрессивно и грубо, что многие, оскорбленные в лучших чувствах, отвернулись от него вовсе.
Он протянул руку, перенес телефонный аппарат к себе на колени и набрал номер Бет Маккей - матери Мишель.
Бет, жившая в Виргинии, на расстоянии больше трех тысяч миль от Западного побережья, взяла трубку после первого звонка.
- Джо?
- Я тебя не разбудил?
- Ты же знаешь, Джо, милый, я рано ложусь и встаю перед рассветом.
- А Генри? - спросил Джо, имея в виду отца Мишель.
- О, этот старый сурок способен проспать Судный день, - ответила Бет с нежностью и теплотой в голосе.
Бет Маккей была доброй и ласковой женщиной; она изо всех сил старалась утешить Джо, несмотря на то что ее собственное горе - горе матери - едва ли могло быть менее глубоким. Во всяком случае, во время похорон и Джо, и Генри, сломленные обрушившимся на них горем, опирались именно на нее, и Бет стояла неколебимо, как скала, щедро делясь с ними своей незаурядной душевной силой. Лишь через несколько часов после того, как могилы были засыпаны свежей землей, Джо застал ее на заднем дворе своего дома в Студио Сити. Бет, сгорбившись, как старуха, сидела в пижаме в кресле качалке и рыдала в подушку, взятую ею из комнаты для гостей, чтобы зять или муж не услышали и не страдали из за нее еще больше. Джо сел рядом, но Бет не хотела, чтобы он держал ее за руку или обнимал за плечи; от его прикосновения она вздрогнула, и Джо опустил руку. С нее словно содрали кожу, оставив одни обнаженные нервы, так что самый тихий сочувственный шепот был для нее словно крик, а прикосновение обжигало, как раскаленное клеймо. Джо не хотелось оставлять Бет одну в таком состоянии, поэтому он взял сетчатый сачок на длинной ручке и стал ходить по бортику бассейна, механически и бездумно вылавливая из воды попавших туда жучков, листья и прочий мусор. Было два часа ночи, и в темноте он почти ничего не видел - он просто ходил входил по кругу, с мрачной целеустремленностью разрегулировавшегося автомата окуная сетку в воду, вытряхивая, снова окуная, пока на поверхности черной воды не осталось ничего, кроме отражений равнодушных, холодных звезд, а Бет все плакала и плакала в подушку. В конце концов, выплакав все слезы, она встала с качалки, подошла к нему и силой вырвала сачок из его одеревеневших пальцев. Потом она отвела его наверх, раздела и уложила в постель, словно ребенка, и впервые за прошедшие дни Джо заснул крепко и глубоко.
Теперь, думая о разделяющих их тысячах миль, Джо поставил на пол недопитую бутылку пива.
- У вас уже рассвело, Бет? - спросил он.
- Только что.
- И ты, наверное, сидишь на кухне и любуешься небом из большого окна, да? Скажи, небо красивое?
- На западе еще темно, но наверху небо стало уже индигово синим, а на востоке оно кораллово красное, сапфирово голубое и персиково розовое, как китайский шелк.
Да, Бет была сильной женщиной, но Джо звонил ей не за утешениями; просто ему нравилось слушать, как она говорит. Тембр ее негромкого голоса, смягченный едва заметным виргинским акцентом, напоминал ему Мишель.
- Ты взяла трубку и сразу назвала меня по имени, - сказал он.
- А кто, кроме тебя, мог мне позвонить?
- Ты хочешь сказать - в такую рань?
- Нам редко кто звонит так рано, но сегодня утром... это мог быть только ты.
Да, подумал Джо, катастрофа, навсегда изменившая их жизни, произошла ровно год назад, день в день. Сегодня была первая годовщина их трагической потери.
- Ты все худеешь, Джо? - спросила Бет. - Мне так хотелось, чтобы ты начал есть лучше...
- Нет, я больше не худею, - солгал он.
За прошедший год в нем развилось такое удивительное безразличие к сигналам, которые подавал пустой желудок, что в последние три месяца Джо начал худеть. К настоящему моменту он потерял уже фунтов двадцать пять, если не больше.
- День, наверное, будет теплый, - заметил он.
- Душный, влажный и жаркий, - поправила его Бет. - Правда, на востоке маячат какие то облака, но на дождь надежды мало. Зато они очень красиво выглядят, Джонни... - Она часто звала его Джонни, еще когда Мишель была жива, а та со смехом ее поправляла: "Не Джонни, мама, Джоуи!" - Они розовые, с золотой каймой. А вот и солнце встало над горизонтом.
- Неужели прошел целый год, Бет? Даже не верится.
- Ты прав, Джонни. Правда, иногда мне кажется, что прошло несколько лет.
- Я так скучаю, Бет, - неожиданно сказал Джо. - Пусто без них. Пусто и одиноко.
- О, Джонни... Мы с Генри любим тебя. Ты для нас как сын. Нет, теперь ты стал нашим сыном.
- Я знаю и тоже вас очень люблю, но этого недостаточно, Бет. - Джо перевел дух. - Этот год... для меня это был настоящий ад. Иногда мне кажется, что, если и следующий год будет таким же, я долго не протяну.
- Время лечит... иногда.
- Только не в моем случае. Я боюсь. Одиночество - вот что дается мне труднее всего.
- Ты не хочешь вернуться на работу, Джо?
Перед катастрофой Джо был ведущим репортером отдела уголовной хроники в газете "Лос Анджелес пост", но теперь с карьерой журналиста было покончено.
- Я не смогу больше смотреть на мертвые тела, Бет.
Это было правдой. Он больше не мог смотреть на трупы убитых в перестрелке бандитов и случайных прохожих, на тела, изуродованные в автомобильной аварии, и - вне зависимости от пола и возраста - не видеть перед собой истерзанные останки Мишель, Нины и Крисси.
- Ты мог бы писать о чем нибудь другом. Ты был хорошим журналистом, Джонни. Попробуй рассказать о чем нибудь, что было бы интересно всем, о каких нибудь общечеловеческих ценностях. Ты должен работать, должен делать что то... может быть, тогда ты почувствуешь, что снова нужен кому то...
Вместо ответа Джо сказал:
- Я не могу ни жить, ни работать без них. Единственное, чего мне хочется, это быть вместе с Мишель. С нею и с девочками...
- Когда нибудь ты встретишься с ними, - ответила Бет, которая, несмотря ни на что, осталась глубоко верующим человеком.
- Я хочу быть с ними сейчас... - Его голос надломился, и Джо замолчал, стараясь взять себя в руки. - На этой земле у меня не осталось ничего дорогого, но у меня не хватает силы духа, чтобы самому сделать следующий шаг.
- Не надо говорить таких вещей, Джонни.
Джо действительно не мог покончить с собой, потому что не был уверен, что же будет с ним дальше. Он не верил, что вновь обретет свою жену и девочек в царстве света и радости. В последнее время, когда ему случалось бросить взгляд в ночное небо, он видел там только звезды - удаленные солнца, пламенеющие в невообразимой глубине пустынного и холодного вакуума, но он ни разу, даже наедине с самим собой, не облек свои сомнения в слова, ибо это сделало бы жизни Мишель и его дочерей не имеющими ни смысла, ни продолжения.
- Мы все приходим в этот мир с какой нибудь целью, - сказала Бет негромко.
- Они были моей целью, - отозвался Джо. - Но их больше нет.
- Значит, у тебя есть какая то другая цель, какое то другое предназначение. И ты должен узнать, в чем оно состоит. Тому, что ты задержался в этом мире, обязательно должна быть какая то причина.
- Нет такой причины, - возразил Джо и после паузы добавил: - Расскажи мне о небе, Бет, какое оно?
Бет тоже немного помолчала и наконец ответила:
- Облака на востоке, которые были розовыми, с золотыми краями, поблекли и стали белыми как снег. И все равно это не дождевые облака - для этого они слишком светлые и редкие.
Джо молча слушал, как Бет описывает ему утро, наступившее на противоположном краю континента. Потом они немного поговорили о светлячках, которыми Бет и Генри любовались накануне вечером с заднего крыльца своего виргинского дома. В Южной Калифорнии светлячки не водились, но Джо хорошо помнил, как они перемигивались под пологом ночного леса в Пенсильвании, где прошло его детство. В конце концов Бет стала описывать сад Генри, в котором уже поспевала клубника, и Джо почувствовал, что его начинает клонить в сон.
- У нас уже наступило утро, Джонни, - сказала в заключение Бет. - Теперь оно спешит к вам. Постарайся заснуть, милый, и, может быть, тогда, при дневном свете, ты увидишь свою цель, свое предназначение. Не зря говорят, что утро вечера мудренее.
После того как они попрощались, Джо опустил трубку на рычаг и лег на бок, глядя в окно, за которым медленно угасал лунный свет. Луна опускалась за холмы. Наступал самый темный предрассветный час.
Когда он заснул, то видел сны не о цели или предназначении, которое, возможно, путеводной звездой озарит его унылое существование, а отрывочные, лихорадочные кошмары, исполненные расплывчатой, неясной, но достаточно близкой угрозы, которая, скрывшись в ночном мраке, нависла прямо над его головой.
Глава 2
В тот же день, когда поздним утром Джо Карпентер ехал в Санта Монику, с ним снова случилось что то вроде приступа временного помешательства.

Единственный выживший - Кунц Дин Рэй => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Единственный выживший автора Кунц Дин Рэй дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Единственный выживший своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с книгой: Кунц Дин Рэй - Единственный выживший.
Ключевые слова страницы: Единственный выживший; Кунц Дин Рэй, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 https://21-shop.ru/catalog/zhenskoe/odezhda/dzhinsy/ 

 https://dekor.market/plitka/colli-ceramica/