А-П

П-Я

 https://www.dushevoi.ru/products/mebel-dlja-vannoj/komplektuishie/zerkalo-shkaf/Aquaton/ 
 versace pour femme dylan blue в помпаду 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Тут выложена электронная книга Радуга автора, которого зовут Ракитина Катерина.
В электронной библиотеке ALIBET вы можете скачать бесплатно или читать онлайн электронную книгу Ракитина Катерина - Радуга в формате txt, без регистрации и без СМС; и получите от книги Радуга то, что вы пожелаете.

Размер файла с книгой Радуга равен 46.52 KB

Радуга - Ракитина Катерина => скачать бесплатно книгу



Ракитина Катерина
Радуга (Птицы в пыльных облаках)
Катерина Ракитина
Радуга
Птицы в пыльных облаках
1.
Высокий худой юноша шел по улице и заглядывал в лица всех проходивших мимо женщин. Он понимал, что это глупо, наивно и даже опасно, но ничего не мог с собой поделать. Ленивый летний ветерок ерошил юноше волосы, трепал полы потертой горчишной куртки и заставлял то и дело придерживать длинный узкий и легкий меч, болтающийся у бедра.
Женщины, на которых засматривался Сашка, угрюмо косились, тупились или хихикали, их спутники, большей частью простолюдины-мастеровые, вмешиваться опасались: ну попялится дворянчик-студиозус, с бабы не убудет.
Улица вилась прихотливо, изгибалась, как ленивая пестрая шелта, вылинявшая от жары до пепельной серости, казалось, тусклой пылью пропитался сам воздух, и ни ветер, ни блеклая зелень деревьев, ни волчий глазок солнца не могли ничего изменить. Сашке вдруг померещилось, что улицу тряхнуло, и эта женщина взялась из ниоткуда, из ослепившего на мгновение морока. Юноша потряс головой. Женщина не исчезла. Осторожно, будто танцуя, ступала по колкому выщербленному булыжнику мостовой, неся высокую корзину с бельем, кренясь от ее тяжести, отчего мелким потом было забрызгано бледное лицо. Серое дерюжное платье, собранное в талии, било по коленям. Волосы были скручены в тугой узел на темени, как носят вдовы, и только одна мягкая прядка выбилась и тусклым золотом осенила висок. Сашка заглянул в ее глаза цвета лилового моря, и что-то тупо толкнулось в сердце, и сразу стало понятно: вот, нашел.
Он заступил прачке дорогу. И почувствовал свежий запах белья из ее корзины, запах реки, стрелолистов, тоненькое пение стрекозиных крыльев, желтизну болотного лотоса... словно стянули тонкую ткань, покрывавшую глаза. Тончайшую, как паутина, но - искажающую. Это тоже была примета, только так и могло быть рядом с ней - для всех, даже для Пыльных стражей. И в этот миг он растерялся и совсем по-детски залепетал, что желает оказать помощь благородной госпоже.
Прачка опустила корзину и вытерла пот со лба. Бисеринки перестали блестеть. Глаза сделались темными, напоминая Сашке запах и вкус корицы в горячем осеннем вине.
- О-ой, спасибо.
Он узнал и эту плавную мягкость речи, отчего еще больше обрадовался и смутился и не представлял, что сказать. Но она уже подхватила свою корзину: эту сырую духовитую тяжесть, - и решительно кивнула:
- Пошли.
Сашка все же сделал робкую попытку отобрать белье, но только покачнулся от тяжести и обжегся шепотом:
- Это не так истолкуют.
Да плевал он, как истолкуют! Но он боялся за нее и потому подчинился.
Она привела Сашку к большому серому дому, пришлось взбираться по щелястой лестнице высоко-высоко, на самый чердак, и только там она опустила корзину и перевела дыхание, и в пыльном луче солнца из незастекленного окна Сашка увидел, какая она бледная, и некстати вспомнил о том, что когда-то у нее было больное сердце.
На чердаке было пусто, только под затянутыми паутиной стропилами у дымохода стоял длинный ларь, старательно застеленный рядном, и висело бронзовое с завитушками зеркало.
Женщина смущенно улыбнулась.
И тогда Сашка упал на колени, прижимаясь лицом к застиранному, пахнущему щелоком и травой подолу, и простонал почти:
- Государыня! Мама! Мамочка...
Слова изливались, как кровь, потоком, хлябями, невнятицей звуков, проглоченных перекатами и слезами.
- Я искал... я увезу... понимаешь. На море, к югу. Я все-все сделаю. Мы все сделаем...
На какой-то миг он утратил разум, он не понимал, что говорит, и как, только теплое, нежное... лицом ей в ладони, в волосы... маленькой-маленькой.
- ... я соскучился, я очень боялся. Учитель!..
Она тряхнула головой, глаза расширились под невыносимо пушистыми ресницами.
- Ладно!
Она взобралась на сундук и полезла куда-то за изгиб дымохода, а потом, извлекши длинное, освободив, как мумию из пелен...
- Рагнаради!.. Родовой клинок.
Сашка думал, что закричал это вслух, и зажал рот ладонью, а на самом деле вышел только сиплый шепот - так переняло горло.
- Я куплю одежду. И найму повозку.
- Верховых! - она гордо тряхнула головой. Еще и сейчас она была похожа на девчонку, отчаянную девчонку, с мечом отбивающуюся от троих, как он ее когда-то запомнил. - И очень быстро. А то все начинает меняться.
- Да. Да.
Мир начал расцветать.
Сашка вдруг увидел, что прогнившие перила наливаются благородной густотой красного дерева и чешуйки алой краски, в которую их когда-то выкрасили, горят, как праздничные фонарики. Кирпичную стену пролета тронуло солнце, и тень от ветки легла ажурной вязью древних письмен, меландским кружевом, перебегая нежными касаниями по молочной штукатурке. Сашка понял, что опаздывает. Он знал, что это должно случиться, но не ожидал так быстро и разом, как взламывается в половень на Радужне оглушительный лед.
Золотые пальчики солнца легли на веки, когда Сашка распахнул дверь. Он знал, что государыня не исчезла, но внутри все равно боялся и только теперь вздохнул с облегчением. Положил на ларь сверток с одеждой.
- Кони ждут у "Капитана". Мы поедем Укромным лесом и сядем на корабль в Брагове.
- Все.
Он замолчал и повернулся. Она застегивала короткий серый плащ свернутой в улитку запоной, густо обсыпанной альмандинами. Глаза Сашки расширились.
- Это все, что у меня осталось, - грустно улыбнулась государыня, - запона да меч.
Сашка отчаянно притянул ее к себе, утыкаясь подбородком в мягкие волосы и в них же одними губами шепнул, а потом повторил твердо:
- Нет, не все. Мы поедем к одному человеку... И я у тебя есть.
И поцеловал ее между нахмуренными бровями.
Государыня лукаво улыбнулась:
- Ну да, ты же лучше собаки, - и решительным движением накинула капюшон.
Они пили из ручья. Ручей журчал по камушкам, будто смеялся. На обрывчике топтались, сопели лошади: рыжая Сашки и дымчатая, будто забрызганная молочными пятнами; позвякивала сбруя и солнце зажигало в бронзовых колечках искрящие звездочки. И луг был в самом деле зеленым, немного сизым и голубым, куртка Сашки - горчичной, а не какого-то смазанного колера, а плащ - цвета осенних листьев. Не подходит ко времени, но Укромный лес оттого и звался Укромным, или Потаенным, что прятал любого ходока и всадника. Надо было только знать дорогу.
Государыня напилась с ладони и, почти не опираясь на подставленное Сашкой колено, взлетела в седло. С ее лица с самого выезда из Кромы не сходила робкая улыбка - солнце, сверкнувшее из-за облаков. Сашка улыбался вообще откровенно, во весь рот, во все тридцать два белоснежных зуба. Ему хотелось смеяться. Их могли догнать и остановить до городской стены и еще в Переемном поле, но Лес лес всегда надежно скрывал беглецов. Лес - не человек, он не выдаст.
Впереди будет еще разное; смерти, потери друзей и предательства, но пока пока лишь одуряющий запах кипрея, пламенеющая крушина и взбитая копытами на дороге теплая пыль.
2.
Ограда была сложена из каменных блоков времен осады Исанги, и тем более странно было увидеть за ней сад с виноградом и пальмами, похожий на девственный лес, услыхать лепет воды в отводных канальцах и мяуканье распушившего хвост павлина. Павлин этот почему-то сильнее всего впечатлил Сашку, даже больше бархатных абрикосов в глянцевой листве, почти черных от перезрелости вишен и золотого прозрачного винограда. Павлин же, дав полюбоваться волшебной синью зрачков на хвосте, поворотился оным к Сашке и уплыл в кущи. И показалось Сашке, что это не просто так, что подмигнула ему лиловым глазом-бусинкой нахальная птица, и вообще испытал он желание выскочить за забор и сверить приметы: вправду ли калитка зеленая, свешивается ли над ней побег ломоноса, и висит ли по правую руку фонарь в медной решеточке, а слева высыхают в заброшенном водомете на площади капли воды. Сашка сдержался. В глубине души он знал твердо, что не ошибся ни в доме, ни в его хозяине. А хозяин был уже тут, будто позвала птица, или сам успел превратиться из павлина в человека.
Государыня глядела на хозяина изумленно: не привыкла она к лекарям в сажень ростом, с широкой грудью, ручищами и нагло-синими глазами ушкуйника из-под щетки желтых волос. Лекарь тоже кланяться гостям в ноги не спешил набивал себе цену, что ли?
Сашка вынул из-за отворота сапога письмо, доселе бережно хранимое, и протянул хозяину. Тот извлек из обширных штанин очечки, водрузив на нос, впился в текст. То ли дело шло туго, то ли вести оказались чересчур мудреные, но читал лекарь долго. Сашка тоскливо переминался с ноги на ногу и поглядывал на государыню - сесть им не предложили.
Опять появился откуда-то павлин и с хозяйским видом уклюнул что-то с Сашкиного сапога. Было знойно, пели кузнечики, басовито гудели в цветах шмели.
- Да что ж ты, милая?!
Сашка очнулся. Государыня падала. Нет, не падала уже, подхваченная сильными руками, и с запрокинутого лица уходила синева. Лекарь бросил суровый взгляд на Сашку и повернулся к его спутнице, которую выпустил уже, поскольку от помощи его она весьма решительно отказалась.
- Пойдем, посмотрю тебя.
Государыня резко тряхнула головой, стянула шнуровку у горла - Сашка только подивился в душе той скорости, с которой лекарь успел ее распустить.
- Не доверяешь?
Она звонко ответила:
- Не доверяю.
- А этому?
Лекарь распахнул рубаху, и Сашка с ошеломлением увидел на его груди, где сердце, синий рисунок ястреба.
Сашка решил, что государыня опять свалится в обморок, и в этот раз надолго, но она шагнула к лекарю, прикоснулась, и синие линии вспыхнули, а ястреб взмахнул нарисованными крыльями, и тогда она просто уткнулась в широкую грудь и заплакала, всхлипывая, как девчонка, а этот разбойник осторожно гладил ее по волосам и смотрел так, что Сашка не решился в другой раз встречаться с ним взглядом.
Чуры, ну почему Хильт промолчал, отсылая его к этому человеку?! Это же "ястреб", сказка!, за одно поминание которой могут вогнать в глотку собственный язык. Пограничная стража, которая одна не отступила, предпочла уйти за Черту. Добровольно уйти туда, куда бросали худших преступников; чем матери пугали детей... Но выходит, кто и остался... Или - вернулся?!
- ... Ты - лекарь? - ворвался в мысли Сашки голос государыни.
- Ей-ей, кто умеет нанести рану - умудрится и вылечить. У меня много пациентов.
Государыня смеялась. Она никогда так не смеялась при Сашке, и он в сердцах отпихнул павлина. Павлин гнусно заорал.
Ястреб посмотрел на Сашку, ухмыльнулся.
- Вы где остановились? Ага. Иди расплатись. Знатная пациентка поживет в моем доме. И для тебя найдется местечко, ге-рой!..
Сашка лежал лицом к стене, грыз угол подушки. Во рту противно отдавало дерюгой и сеном. Сашка выплюнул сухой стебелек.
Слезы застряли где-то у глаз, никак не могли пролиться, может, поэтому глаза так кололо и жгло, и он утыкался лицом то в подушку, то в дурацкую щелястую стену или лежал, пробуя считать царапинки на дереве.
- Ангел мой серый!
Сашка едва не подскочил на тюфячке. Он знал, какая визгучая лестница ведет на этот чердак - и не услышал ни звука. При таких-то размерах. Только этот вот вкрадчивый ядовитый голос, когда хозяину его благоугодно было озваться. Пальцы Сашки сомкнулись на костяной рукояти ножа, сунутого под подушку, он резко сел.
Пыльные розовые лучи освещали лишь дальний угол, и тело "ястреба" пряталось в полумраке, чуть-чуть струясь, по крайней мере, так Сашке казалось.
- Что? - зачем-то спросил он.
- А погоревал и будет. Возьми под лестницей корзину сгоняй до торжища. Там как раз с утречка свежей рыбки привалило. Зелени какой прихвати, еще чего. Не мне тебя учить. А то я человек занятой, слуги в доме не держу. Деньги на комоде в передней.
- А я, значит, гожусь? В слуги то есть?
Ястреб окинул Сашку хмельным взглядом:
- В сам раз. Тощеват - но это мы поправим.
Сашка закусил губу. Ради государыни. И Хильт, он не послал бы к дурному человеку. Сашка медленно, один за другим, разжал пальцы, слипшиеся на ножевой рукояти. Хвала чурам, не пришлось в этом помогать другой рукой.
- Зря ты, - вдруг сказал Ястреб. - Оружие надо, как бабу, крепко держать, но нежно. А так удар смажешь да силы зря растратишь.
И спокойно повернулся к Сашке спиной.
Под звездами пепельно светились дюны, и лицо государыни казалось размытым пятном, когда Сашка оборачивался, чтобы подать ей руку. Песок успел остыть, колючие кустики подворачивались под босые ноги, и стукались об колени сунутые за пояс деревянные мечи.
Море, забрызганное звездным светом, открылось внезапно: теплое, глубоко дышащее, перекатывающееся валами со светящейся пеной на гребнях. Песок, зализанный волнами, был гладок и упруг. Сашка обернулся:
- Здесь?
Государыня засмеялась.
- Вы все еще сердитесь на меня?
Сашка пожал плечами, подумал, что в полумраке она могла это не заметить, и сказал громко:
- Нет.
Она взъерошила его волосы. Сашка не успел уклониться и досадовал на это. Рывком он вытянул мечи.
Мерно шумел, накатывал прибой, и на его фоне сухой ровный стук казался особенно отчетлив. Парируя, Сашка вспоминал сегодняшнее утро. Он проснулся от громкого хруста, потряс головой, поводил в поисках звука и увидел на подоконнике наглую рыжую котявку размером с рукавичку. Котявка восседала и жрала. Прямо сказать, лопала копченую тюльку, припасенную Сашкой к утреннему пиву. Живот у котявки раздулся и чувствовала она себя наверху блаженства, а когда Сашка с определенными намерениями двинулся к ней, ускользила на скат крыши с тюлькой в зубах. Скат был крутой, и Сашка не воспоследовал. В отвратном настроении спустился он по лестнице, визгом вызывавшей зубную боль, к бочке под водостоком; вода застоялась и пахла плесенью, но еще годилась для умывания.
В саду драл горло павлин, но заслонки еще не открыли и канавки были пусты. Сашка от нечего делать отщипнул недозрелую виноградину, запустил в крикуна и вернулся во двор.
Его встретила радостной улыбкой государыня. Она стояла у каменной стенки, из которой, если вынуть затычку, начинала струиться вода и падала в маленький, каменный же, бассейн. Государыня тоже умывалась, и на лице и руках блестели под солнцем капельки воды, кожа была загорелой и чистой, волосы растрепались, налипли к мокрым щекам. На государыне было незнакомое платье, похожее на белую волну. Сашка опустил глаза. Теперь он видел только утоптанную землю и свои пыльные ступни.
- Почему вы меня избегаете?
Вот так и на "вы". Сашке сделалось больно.
- Я не избегаю. Я занят, - пробормотал он.
- И вечером?
Она что, свидание хочет ему предложить?
Он поднял голову, синие глаза были угрюмы. Похоже, со стороны он выглядит, как дурак.
- И вечером.
- О-ой. А я хотела попросить.
- О чем? - Сашка не выдержал взятого тона и сам на себя рассердился.
- Я видела у тебя два тренировочных меча.
- А разве хозяин...
- Я его боюсь.
Вот так. Понимай, как хочешь. То ли он, Сашка, так слаб в искусстве клинка, что годится для нее в соломенные чучела, то ли.

Радуга - Ракитина Катерина => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Радуга автора Ракитина Катерина дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Радуга своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с книгой: Ракитина Катерина - Радуга.
Ключевые слова страницы: Радуга; Ракитина Катерина, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 https://21-shop.ru/catalog/muzhskoe/odezhda/kurtki-/puhovye/ 

 https://dekor.market/plitka/stupeni/klinkernie/dlya-krylca/