А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Ч. Тут не с Чубайсом надо советоваться и не с Малашенко. Надо на нашем уровне больше советоваться: когда будет вред, а когда -– польза.
К. У нас два смертника -– Явлинский и Лебедь. Ну, Горбачев пусть набирает свой один процент!
Ч. Да не наберет и одного!
К. Стыдно должно быть! Покойник! Живи для себя! Езди на Канары! Написал мне письмо, чтобы отдали ему дом, где он живет. Гаражи там на два бокса для ЗИЛов.
Ч. А он где живет?
К. На Ленинских горах.
Ч. Они там все живут?
К. Горбачев, Лигачев, Болдин, Язов...
Ч. Александр Васильевич, надо нам стратегию разработать. Сейчас наступают решающие дни. Если мы с коммунистами выйдем на какой-то диалог, то лучше выборы перенести. Это лучший вариант.
К. Коммунисты же видят, как народ Ельцина поддерживает. Краснодар встречал шефа, как будто это Белодар! Город весь высыпал на улицы. Мы обалдели! Мы приехали-то ночью. Молодежь вообще вся за Ельцина, просто влюблена. С народом шеф не боится общаться, он полемист известный!
Ч. Как бы устроить встречу с Зюгановьм до 22-го? Нельзя затягивать.
К. День рождения Ленина. Коммунисты наверняка венок возложат к Мавзолею, это святое дело. А наше дело -– не довести до бунта. Я Зоркальцеву говорю: "Я больше всех заинтересован в мире, потому что наши чубы прежде всего полетят". Руцкой сейчас вообще одурел. Он торг устроил. Говорит: "Если меня назначат губернатором Курской области, буду за Ельцина".
Ч. Вот так?!
X. Да!
Ч. Все прошел по кругу! И опять возвращается.
К. Как его называют? "Водитель самолета". Не летчик. Водитель самолета.
Ко мне люди почему идут? Только из-за этого, что я могу решить их проблемы. Хотя я теперь всегда с собой ношу в пиджаке записку шефа, где он попросил не вмешиваться в политику. Когда ко мне после записки стали обращаться за помощью, я отвечал: "Знаете, к кому вы пришли? Я же занимаюсь безопасностью президента. Он мне сам на бумажке написал. Вот она..." Я шефу говорю: "Хорошо, политикой заниматься не буду. А зачем вы меня в Совет по выборам записали? Это что, не политика? Вы мне сами поручили, заниматься кадрами, всех чистить и проверять по полной схеме".
Сейчас надо положительные качества Ивана Рыбкина использовать. Он умеет выбираться. Надо его вместо Филатова поставить.
Ч. Я Борису Николаевичу позвоню.
К. Таня -– "за", Наина -– тоже. Она полностью признала свои ошибки, согласилась с тем, что надо было раньше определяться и с Филатовым, и с Грачевым.
Ч. Это уже хорошо.
К. Семья -– однозначно.
Ч. Что Филатов?! Еще и картавый, если бы не картавил.
К. Когда собрались в "Президент-отеле", он сказал, что не стоит тут штаб делать. Я говорю: "А что нам стесняться? Почему мы должны в сарае сидеть?" Целый год Филатов Бориса Николаевича уговаривал, что нельзя помещение для штаба в приличном месте снимать, потому что вся демократическая общественность возмутится.
Ч. А как Куликов -– наш?
К. Я не знаю, чей он. Не я его ставил.
Ч. Может, в какой-то мере я здесь участник...
К. Знаете про совещание? Куликов собрал замов, но только военных, а от милиции никого не было. А ведь министерство внутренних дел -– это сложнейший организм. Может, сложнее даже, чем армия. Поэтому вот так легко снять с должности милиционера и поставить вместо него солдата не получится. И там, в министерстве, сейчас проблема назревает будь здоров какая.
Ч. А что, он многих уже заменил на военных?
К. Я сейчас разбирался с московским ГАИ. Первое ГАИ, которое обеспечивает правительственную трассу, практически всем составом хотело уходить в отставку, потому что к ним пришел циркуляр, согласно которому вся структура будет скроена по армейской схеме. Полное перелопачивание! Это в той системе, которая уже устоялась. Они к своему графику привыкли, всю жизнь работают. Я упросил не трогать ГАИ до выборов. А если они сейчас с трассы уйдут, мы же остановимся. Мы просто еще никогда не прорабатывали забастовку ГАИ. Зачем армейскую систему вводить в полугражданскую организацию?
Ч. Надо тогда объяснить Куликову.
К. Я после того совещания к нему немножко охладел... У него еще есть масса людей, которых он хочет поменять. Считает, что они коррумпированы. Или надеется набрать абсолютно преданных ему. Это другое дело, ради Бога. Так и должно быть. Он должен ставить людей, преданных себе, как любой начальник делает. Но ты ставь профессионалов. Ты же не можешь на уголовный розыск ставить солдата, который заканчивал академию Фрунзе. ГАИ -– это резерв 7-го управления. Их за дурачков считают, но они не дураки. В центральное ГАИ ребята отобраны будь здоров какие.
Ч. Вообще, эта служба.
К. Да, ты разберись. Сегодня подняли вопрос о муниципальной милиции. Шеф говорит: "Надо муниципальную милицию создать". Не надо. Мы еще до муниципальной милиции не созрели. Если ее создавать, то она не должна быть привилегированной по отношению к федеральной. Наоборот. Пусть муниципальная будет дешевле, а люди бы стремились попасть в федеральную.
Ч. Да. А сделают наоборот.
К. Конечно. В два раза больше зарплата, машины им хорошие дают, а потом они спокойно договариваются с бандитами.
Ч. Нет, министр МВД должен быть надежный.
К. Но он хоть не с коммунистами...
Ч. А почему ты не всегда сидишь на Совете безопасности?
К. Я никогда не сижу. Меня на него не приглашают, да я и сам не хочу.
Ч. А зря.
К. На Совете безопасности был всего два раза, но понял: мне неудобно, если шеф меня не приглашает. К тому же я маленькое специальное ведомство.
Ч. Тем более. Ты к безопасности имеешь самое прямое отношение.
К. Конечно.
Ч. Я тебе должен сказать, что у нас силовыми структурами вообще никто не занимается. Один президент. А должна быть какая-то служба, которая бы вела вопросы финансирования, как-то всех контролировала.
К. У вас в правительстве однажды уже была создана такая структура, и координатором правительства по силовым структурам был назначен один известный товарищ. Это "генерал" Дима Якубовский.
Ч. Это было до меня.
К. До вас. Тогда был Гайдар и. о. У меня этот документ о назначении Димы сохранился для истории. Оставалось получить только подпись Ельцина. Ко мне приехали Шумейко и Баранников, просили назначить. Мы выпили коньяка бутылки четыре, чтобы я свою визу поставил. Все визы были, даже Примакова. Единственное, Ерин написал, что он согласен, но при предоставлении положения о Якубовском. Ерин мне потом рассказал, что его Баранников просто уломал. Остальные все подписали. Если бы они вот так прошли к президенту, я бы не знал ничего о назначении Димы. А у меня по нему столько материала выложили. Я пошел к шефу и говорю: "Борис Николаевич, смотрите". Он при мне связывается с Гайдаром: "Так и так, кто такой Якубовский, какой там координатор?" -– "Да, вот так получилось..." -– "Немедленно отозвать к чертовой матери" Все похерил. Это мне нужно было идти к шефу, а они могли ко мне не прийти.
Ч. Согласен. Я Борису Николаевичу говорил, что давайте сделаем Совет безопасности, который бы занимался только силовыми структурами. А они же лезут и в ядерные дела, и в МЧС, и в восстановительные работы. Так бывает?
К. Конечно нет.
Ч. Тогда надо сделать Совет обычным министерством.
К. Да ты погляди, кто там работает. Информация в газеты постоянно уходит. Сколько я шефу писал бумажек на тех людей, которые там работают. Лобову писал лично на тех, кого надо убирать поганой метлой за коммерцию, за связь с криминальной средой.
Ч. Еще один вопрос. Кому надо постоянно меня с шефом сталкивать?
К. В каком плане?
Ч. Во всех планах. Даже, может быть, не сталкивают, а разводят. Видят во мне недруга. Мне, конечно, это по фигу, но всегда это исходило из Администрации. Я понимаю, что, когда я занимался "Нашим домом", тогда еще можно было... Если бы не инициатива Бориса Николаевича, я бы никогда не пошел. Раньше я говорил Илюшину, что не могу понять, откуда происходит сталкивание.
К. Илюшин никогда в эти дела не влезает.
Ч. Да, он мне сказал.
К. Он опытный партийный работник.
Ч. Единственное, он мне подтвердил, что видит все. Если это дело Батурина... Но я не думаю, что он так близок к президенту, чтобы влиять. Но кому-то вот надо.
К. Помните, я однажды пришел и вам говорил, что ребята, которые вас окружают...
Ч. Вполне возможно.
К. Если вы едете в командировку куда-то, а люди ваши вечерком потом собираются. И пьют не за здоровье нашего президента, а за здоровье президента Черномырдина. Не стесняясь.
Ч. Да ты что?!
К. Да.
Ч. Вот те, которые рядом со мной?
К. Да, которые рядом с вами, но они не сидят с вами за одним столом. Окружение делает вам много вреда.
Ч. Я могу только одно сказать. Я не могу ни за кого поручиться, я не тот человек. Я же знаю про Петелина... Пусть его проверяют. Если что-то есть, я уберу его в две минуты. А вот так взять и просто предать. Мне это противно. У меня и возраст такой, что мне этого не надо. Я сам нахожусь на пределе. У меня работа непростая.
К. Конечно.
Ч. И чтобы я в это время играл еще в какую-то вторую игру?
К. По идее, вам некогда играть. Но за вас ее играют.
Ч. Опять где-то проскочило: "Дайте интервью, что вы не будете баллотироваться".
К. Виктор Степанович, а вообще, кто придумал, что вам нужно баллотироваться? Ведь по Конституции, если с президентом что-то случается, за него вы так и так остаетесь. Вы могли спокойно всех отмести: "При живом президенте я не могу. Если что-то случится, тогда я и так буду".
Ч. Александр Васильевич, мне никто не мешал, если бы мне нужно было, я бы начал.
К. Виктор Степанович, здесь можно повод не давать, а можно просто умно промолчать, и это даст повод для других.
Ч. Я-то не молчал. Разве было видно где-нибудь, что Черномырдин дрогнул.
К. Если вы вызовете какого-нибудь губернатора и ему скажете: "Ну-ка давай, чтобы у Ельцина все было хорошо". Но вы же их не вызываете. Вы со всеми хороший, со всеми мирный. Можно мирно с коммунистами поговорить, можно с ними договориться о мире, потому что мы действуем с позиции силы, просто нам легче говорить.
Ч.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58
2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов