А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Генерал пояснил, что сейчас он намерен охранять Белый дом от беспорядков, от разграбления. Ему доложили, будто государственное имущество интенсивно растаскивают. Правда, он воочию убедился, что слухи эти не соответствуют действительности. Все подъезды здания -– под охраной, внести ничего нельзя, не то чтобы вынести.
Борис Николаевич разрешил Лебедю подвести к зданию роту десантников. Для этого защитники разгородили баррикады и впустили их за оцепление. Машины расставили по углам Белого дома, в них сидели только боевые экипажи. А всех свободных от службы солдат я разместил в спортзале -– он находился в двухэтажном здании неподалеку от Белого дома, рядом с горбатым мостиком. Потом, после путча, возникла другая версия: дескать, эта рота была "троянским конем". Ее специально подпустили поближе, чтобы легче стало штурмовать. Но я и сейчас не думаю, чтобы Лебедь в той ситуации мог вынашивать иезуитские планы.
Всю первую осадную ночь я занимался солдатами. Организовывал питание, познакомился с младшими командирами, объяснял обстановку в стране. Из спортзала много раз поднимался к Ельцину.
Пошел дождь, пиджак на мне промок, и я не заметил, как простудился. К утру поднялась температура, но все мое лечение сводилось к тому, что я трогал рукой лоб и констатировал: сильный жар.
Защитники Белого дома постоянно подозревали друг друга в измене -– одна группа людей считала, что другую непременно кто-то подослал. Ситуация действительно оставалась сложной. Но я доверял Лебедю, верил его слову офицера и видел, в каком настроении пребывают солдаты вместе с младшими офицерами. В их поведении не чувствовалось ни угрозы, ни скрытого коварства. Мы договорились, что они вливаются в оборону дома и поддерживают общественный порядок. Десантники, кстати, и не стремились во что бы то ни стало проникнуть в Белый дом. Наоборот, они образовали лишь внешнее кольцо защиты. Лебедь, как профессионал, положительно оценил организацию обороны и помог нашим военным несколькими практическими советами.
Каждую ночь Ельцин проводил на разных этажах -– от третьего до пятого. С 19-го на 20-е Борис Николаевич спал в кабинете врача -– туда поставили кровать, окна кабинета выходили во внутренний двор, поэтому в случае перестрелки не стоило опасаться случайной пули или осколка. В ведомстве Крючкова прекрасно знали схему расположения всех помещений и могли предположить, что Ельцин будет спать в задней комнате своего президентского кабинета.
Когда темнело, в здании гасили свет, а там, где без ламп было нельзя, соблюдали светомаскировку. Коридоры Белого дома перегородили мебелью. Шкафы, столы, кресла валялись перевернутыми -– если начнут штурмовать, рассуждали мы, то не так уж легко будет бежать в темноте, ноги можно переломать. А нам будет проще отбиваться. На пятом, президентском, этаже около каждой двери выстроили целую систему баррикад -– мы их называли "полосой препятствий".
Незадолго до путча только что образованная Служба безопасности президента наладила хорошие отношения с Министерством обороны. Не на самом высшем уровне, а пониже. Г. И. Захаров как-то съездил к Игорю Николаевичу Родионову (после выборов 96-го его назначили министром обороны России) и попросил помочь с обучением личного состава: пострелять из гранатометов, из огнеметов "Шмель". Это страшное оружие! Родионов, возглавлявший тогда Академию Генерального штаба, рискуя должностью, не отказал нам и создал все условия для тренировки навыков.
...Про простуду я почти забыл, только кашлял и потел. Регулярно выходил проверять посты вокруг Белого дома. Где-то перекусывал, с кем-то пил чай. То к Руцкому заглядывал, то с ребятами из своей службы сидел. Отвечал по телефону, в штаб обороны наведывался. Прилечь хотя бы на пару минут не удалось.
В те дни Геннадий Бурбулис попросил себе охрану, и я выделил ему двух человек. Но когда опасное время миновало, отнять охранников уже было невозможно. Только после увольнения Бурбулиса с поста госсекретаря сняли охрану. Но Гена нанял частную и не расстается с телохранителями по сей день.
У Бурбулиса функционировал идеологический штаб -– туда приходили артисты, писатели, журналисты. С Хасбулатовым я тоже общался по разным вопросам -– он меня принимал без очереди, сразу откладывал любые дела. И никто даже представить не мог, что пройдет всего-то два года, и мне придется арестовывать многих в этом же Белом доме. Мы все сдружились как-то быстро и отчасти случайно. Зато разошлись по объективным причинам.
Много раз я выходил за оцепление и беседовал с танкистами, десантниками, офицерами. По настрою военных понял: никто из них не собирался штурмовать Белый дом. ГКЧПисты могли рассчитывать только на "Альфу".
У защитников же Белого дома, наоборот, настроение было решительным, но не злобным. Многие из них пели у костров, выпивали, чтобы согреться, закусывали. За эти три дня съели астрономическое количество еды. Около баррикад дымили полевые кухни. Кооператоры организовали буфеты. Злата -– жена народного артиста России Геннадия Хазанова -– работала тогда в гостинице "Мир". У нее была своя маленькая коммерческая фирма, и она одной из первых стала кормить защитников Белого дома бесплатно. На протяжении трех дней никто за питание денег не брал. Опять ирония судьбы -– боролись против коммунистов в настоящих коммунистических условиях.
Подвал Белого дома я осмотрел в первую ночь. Это помещение имело свой номер -– сотый. У меня по сей день хранится ключ от входной двери "объекта э 100", и никто этот ключ еще не отобрал.
Помещение состояло из двух отсеков. Один отсек был оборудован как объект гражданской обороны: там лежали противогазы на стеллажах и находился запас питьевой воды. На этих же своеобразных нарах можно было и поспать. При строительстве первого отсека явно не рассчитывали, что в подвале будут коротать время высокопоставленные охраняемые лица. А когда сообразили, что подвал может и для них пригодиться, оборудовали VIP-отсек: с претензиями на скупой походный дизайн и задраивающимися огромными воротами. Они закрывались автоматически, а потом их еще закрепляли штурвалом. Получался настоящий бункер. Туда нормально поступал воздух -– я убедился, что все системы принудительной вентиляции работали исправно.
Во втором отсеке мне понравилось -– высокие потолки, просторные помещения, туалет, отдельно -– кабинет для президента.
После осмотра я отдал распоряжение, чтобы "объект 100" готовили для длительной "отсидки". Туда завезли продукты и воду. Затем проверил все выходы -– они, к сожалению, оказались не самыми удачными. Один выводил к Шмидтовскому парку, на открытую местность, рядом с Белым домом. По другой дороге можно было попасть к парадному подъезду нашего же здания. Третий путь оказался просто тупиковым -– он выводил внутрь Белого дома. Логика строителей подвалов уникальна: главное -– побыстрее заполнить людьми бомбоубежище, а уж выбираться из него совсем необязательно. Четвертый выход оказался таким же бесперспективным, как и предыдущие три. Он начинался из второго отсека. Приоткрыв металлическую решетку, можно было увидеть бесконечную, уходящую круто вниз винтовую лестницу. Я не поленился и спустился по ней.
Ступеньки не считал, но лестница показалось длинной, будто я шел с пятнадцатого этажа. Наконец уперся в "потайную" дверь, почти как в сказке про Буратино, только вот ключик был у меня отнюдь не золотой. Дверь открылась, и я попал в туннель между станциями метро "Краснопресненская" и "Киевская". Стало ясно: если бы нас захотели выкурить из подвала, нагрянули бы отсюда. Поэтому мы заминировали лестницу посередине. И в случае штурма взорвали бы ее.
...На второй день Лебедь опять пришел ко мне и сообщил о полученном приказе увести свое подразделение к месту дислокации части. Приказ он должен выполнить в два часа дня. Я спросил:
–– Кто может отменить приказ?
–– Только Верховный главнокомандующий России.
Я доложил Борису Николаевичу об этом, и мы опять втроем собрались в задней комнате президентского кабинета. Лебедь повторил:
–– Я получил приказ и обязан вам о нем доложить. Поскольку меня послали вас охранять, без предупреждения не могу увести своих солдат.
Мы оценили приказ, полученный Лебедем, как предвестник штурма. Если уводят десантников, значит, "Альфа" готова брать Белый дом.
Борис Николаевич сказал Лебедю:
–– Я вам приказываю оставить десантников.
–– Не могу не выполнить приказ, потому что давал присягу, -– ответил генерал. -– А присягу я давал Горбачеву. Сейчас Горбачева нет. Непонятно даже, где он. Но выход есть. Если вы, Борис Николаевич, президент России, сейчас издадите указ о назначении себя Верховным главнокомандующим, то я буду подчиняться вам.
Но президент отклонил это предложение. Разговор закончился ничем. Лебедь на прощание еще раз напомнил, что не имеет права нарушать присягу и нет для него ничего дороже офицерской чести.
Настроение у Ельцина после встречи испортилось.
Ровно в два часа дня десантники построились, сели на свои машины и медленно ретировались. Их провожали с грустью, особенно переживали защитники Белого дома. Многие почувствовали обреченность: раз солдаты ушли, значит, действительно произойдет что-то ужасное.
А Борис Николаевич обсудил предложение Лебедя с Шахраем и Бурбулисом, после чего к 17 часам родился указ о назначении Ельцина законным Верховным главнокомандующим. Что мешало выпустить документ до двух часов дня? Мы вечно опаздываем. "Альфа" наверняка бы не пошла на штурм боевого подразделения, у которого и пушки, и броня. Может, никакой крови вообще могло и не быть...
Служба безопасности организовала специальные разведывательные посты. Ее сотрудники постоянно отслеживали обстановку и докладывали мне лично. Я поставил им задачу: если в критический момент президент вынужден будет покинуть Белый дом, он должен иметь беспрепятственный выезд.
Машина президента могла выехать только из гаража внутреннего двора, по пандусу скатиться вниз, а затем повернуть направо или налево. В этом месте лежали рельсы и пара бревен. Они раздвигались.
Когда мне доложили, что звонили из американского посольства и предлагали в крайнем случае предоставить политическое убежище, мы тщательно обсудили этот вариант.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58
2500 книг фантастики  4500 книг фэнтези  500 рассказов